Историчность Иисуса Христа

Туринская плащаница представляет собой полотно с негативным изображением Иисуса Христа и почитается как святыня.

Истори́́чность Иису́са Христа́, вопро́с существова́ния Иису́са Христа́, пробле́ма истори́чности ли́чности Иису́са Христа́ — вопрос существования действительного (реального) исторического прототипа евангельского Иисуса Христа и соотнесения этого образа с вероятным прототипом, воплощающийся в проблеме построения достоверной биографии исторического прототипа Иисуса Христа и выяснении действительного места и роли этой исторической личности в возникновении и становлении христианства. Проблема историчности Иисуса Христа возникла в XVIII веке в связи развитием библейской критики и имеет альтернативные варианты решения этой проблемы: ортодоксально-теологический и собственно-научный — мифологический и исторический — подходы[1][2][3].

Исторический и мифологический подходы первоначально противостояли богословскому пониманию личности Иисуса Христа, как богочеловека, вмещающего в единстве своей личности всю полноту божественной природы, описание жизни которой дано в Евангелии[4][5]. Представители мифологической школы утверждают, что Иисус Христос является вымышленным персонажем («квазиличностью»), подобно Козьме Пруткову или подпоручику Киже[6], под который был подведён мнимо-исторический фундамент в ходе становления христианской церкви. Сами евангельские повествования об Иисусе Христе рассматриваются как компиляция различных мифологических сюжетов древних религий, а образ Иисуса из Назарета представляет собой результат наделения человеческими чертами синкретического образа умирающих и воскресающих божеств[7][8][9].

Подобное отрицание существования Иисуса Христа, как человека, было вызвано секуляризацией общественной жизни и научно-критическим анализом источников, сообщающих о нём. Данное отрицание вызвало защитную реакцию среди либерально-верующих представителей общественной мысли, которые пытались освободить евангельские сказания об Иисусе Христе от мистики и чудес, сохраняя при этом морально-нравственную составляющую христианства[1][10]. В рамках исторического подхода образ Иисуса Христа и евангельские повествования (канонические и апокрифические) рассматриваются как «отзвук» земной жизни проповедника Иисуса, который после своей смерти был обожествлён, а история о нём была мифологизирована. Дисциплина, занимающаяся историческим исследованием жизни Иисуса Христа, называется «Поиск исторического Иисуса»[11][12][13].

Иисус Христос: бог, человек, миф

Три взгляда на образ Иисуса Христа

В традиции христианства Иисус Христос рассматривается, как богочеловек, обладающий всей полнотой как бытия божественного Абсолюта, так и человеческого существа. Образ Иисуса Христа является смысловым узлом христианского вероучения и включает в себя представление о нём, как о спасителе и искупителе, чья крестная жертва спасает человечество от проклятия первородного греха; как о посреднике (Логосе) между Богом и людьми, чьими устами Бог возвещает истину откровения; как о сыне Божьем и второй ипостаси трёхипостасного и единого по существу Бога, соединившим в своем лице божественную и человеческую природу. Все эти представления об Иисусе Христе стали религиозными догматами в ходе ожесточённых христологических споров во II—VII веках. Ортодоксально-теологическая точка зрения на образ и биографию Иисуса Христа предполагала признание и принятие на веру всех новозаветных текстов, повествующих о чудесах, воскресении и вознесении Иисуса Христа, поэтому не оставляла места не только для научного анализа, но и даже постановки вопроса о мифологичности каких-либо евангельских эпизодов[1][3][5].

Мифологическое направление, выступавшее в оппозиции к ортодоксально-христианскому богословию, содержало в себе идею о том, что образ Иисуса из Назарета является соединением элементов мифологии тотемических верований или земледельческих культов, особенно, культов воскресающих и умирающих божеств (Осириса, Таммуза, Адониса, Аттиса, Диониса, Митры). Христианство в данном случае полагалось религией, которая вобрала в себя элементы тотемических и земледельческих культов и заимствовала некоторые мотивы ветхозаветных и языческих мифов — рождение Персея от девы Данаи, прижизненное сотворение чудес, искупительная смерть и воскресение на третий день. В рамках мифологического направления существовала солярно-астральная концепция происхождения религии, с которой собственно и начинается мифологическая школа, приверженцы которой интерпретировали и связывали все евангельские образы с небесными светилами (Солнце, звёзды) и их движением на небосводе. Так, в 12 апостолах видели 12 зодиакальных созвездий, в Иисусе Христе — Солнце, которое «умирает и воскресает» через три дня после дня зимнего солнцестояния — 25 декабря[1][14].

В основе представления об Иисусе Христе как исторической личности, зародившегося также в эпоху Просвещения, лежала гипотеза о возможности отделения образа «исторического Иисуса» от мифической о нём истории. Подобный рационально-просветительский подход воплощался в попытке сепарации богословского образа Иисуса Христа от сказочно-мифических наслоений и попыток восстановить образ и биографию Иисуса в его человеческих чертах. Поиск исторического Иисуса был начат в XVIII веке немецким историком Германом Реймарусом, который рассматривал Иисуса как бунтаря, стремившегося установить земное царство[7]. Впоследствии многие исследователи пытались найти «настоящего» Иисуса, освобождая новозаветные тексты от позднейших наслоений, и занимались реконструкцией биографии Иисуса из Назарета, пытаясь выделить некое ядро аутентичной информации об этом человеке. Представители исторической школы стремились модернизировать христианское учение и примирить его с данными гуманитарных и естественных наук. Они пытались представить Иисуса Христа в виде человека, а не богочеловека[1][9][10][14].

Примером подобной своеобразной редакции евангелий является так называемая «Библия Джефферсона», представляющая собой рационалистическую интерпретацию жизни Иисуса Христа, из которой были исключены все чудеса. Томас Джефферсон — один из видных деятелей Американской революции был известен как сторонник свободы вероисповедания. Сам Томас Джефферсон считал, что его собственный разум позволяет ему отличить в Евангелии то, что истинно, от того, что вымышленно, при всём при этом из евангельской истории американский политик вычёркивал то, что не совпадало с его собственными взглядами. От вопроса об историчности существования Иисуса Христа Томас Джефферсон абстрагировался, о чём он писал в письме Бенджамину Рашу, подчёркивая, что занимается анализом собственно нравственного учения Иисуса Христа[15][16][17].

Твой собственный разум — единственный оракул, данный тебе небом, и ты ответствен не за правильность, а за честность решения. Говоря о Новом завете, я забыл заметить, что тебе следует прочесть все истории о Христе, в том числе и те, которые церковный собор объявил псевдоевангельскими, как и те, которые он назвал евангельскими. Поскольку эти псевдоевангелисты претендовали на [бого]вдохновение, как и другие, ты будешь судить об их притязаниях своим собственным разумом, а не разумом этих церковников.Томас Джефферсон, Письмо Т. Джефферсона — П. Карру (Образование молодого человека), Париж, 10 августа 1787 года

С одной стороны, сторонники исторического подхода к личности Иисуса из Назарета пытались эмансипироваться от всего сверхъестественного, сказочного, что есть в евангельской биографии Иисуса Христа. С другой стороны, ими были сделаны попытки продемонстрировать роль, которую сыграл человек Иисус в истории человечества. В центр исследований проблемы историчности Иисуса Христа ставилась этико-психологическая проблематика, так, Нагорная проповедь рассматривалась как свод этических правил, актуальных и для современного мира. Вместе с этим сторонники исторической школы изображали Иисуса и революционером-бунтарём, и героем-страдальцем (Эрнест Ренан), и идеалом нравственного совершенства (Лев Толстой, Томас Джефферсон), и безумцем и сумасшедшим (Жан Мелье), что довольно часто зависело от взглядов и философско-мировоззренческой позиции самих исследователей[18][19]. К числу сторонников исторической школы помимо Эрнеста Ренана относят Адольфа Гарнака, Вильяма Вреде, Эдуарда Мейера, Альфреда Луази, Иосифа Клаузнера[9].

Образ Иисуса Христа в Новейшее время

В начале XX века Альберт Швейцер, оценив результаты работы по поиску исторического Иисуса пришёл к неутешительному выводу о том, что «Иисус из Назарета, который выступил как мессия, проповедовал нравственность царства божьего, основал царство небесное на Земле и умер, чтобы освятить свою деятельность, никогда не существовал. Это образ, отброшенный рационализмом, воскрешённый либерализмом и одетый современной теологией в исторические одежды»[18][20].

Первая половина XX века считается в религиоведении «периодом отсутствия Поиска исторического Иисуса», так как неутешительный вывод Альберта Швейцера подтвердил немецкий теолог Рудольф Бультман, утверждавший, что «о личности Иисуса мы не знаем практически ничего»[11][13]. В этот же период в СССР усилилось влияние мифологического направления, получившего поддержку академической школы, которая получила дополнительный заряд в статье Владимира Ульянова-Ленина «О значении воинствующего материализма». В этой статье Владимир Ленин призывал использовать работы лидера мифологической школы — Артура Древса ради усиления атеистической пропаганды. После выхода этой статьи в СССР до конца 1950-х — начала 1960-х годов мифологическая школа безраздельно доминировала в религиоведческих исследованиях и публикациях[14].

В целом, позиция сторонников историчности Иисуса Христа первой половины XX века может быть выражена афоризмом советского религиоведа Иосифа Ароновича Крывелёва — «кто-то прошёл»[18]. При этом в смежных науках в СССР, например, в социальной психологии отмечалась огромная роль, которую в истории человечества сыграл образ Иисуса Христа, вопрос существования прототипа которого оставался открытым[6].

Может возникнуть вопрос: если личность и индивид не тождественны, то, допуская существование, не осуществившего себя как личность, допустимо ли предположить существование личности без индивида? Но это будет квазиличность. Разве не обрёл личностные характеристики Козьма Прутков? Если и не было Иисуса Христа как конкретного индивида, его личность, сконструированная евангельскими легендами, оказывала огромное влияние на социальную жизнь и христианскую культуру, формируя и деформируя личности и судьбы людей, их взгляды, чувства и убеждения. Процесс формирования квазиличности, за которой не было реального индивида, был превосходно показан в повести Юрия Тынянова «Подпоручик Киже».Артур Владимирович Петровский, советский психолог, Личность. Деятельность. Коллектив

Во второй половине XX века — начале XXI века в СССР и постсоветской России проблема Иисуса Христа отошла на второй план, в то время как в Великобритании и США начался новый виток исследований по поиску «исторического Иисуса». Американскими исследователями было показано, что массив евангельских, археологических, раннехристианских и апокрифических данных, которые сообщают что-либо об Иисусе и могут быть подтверждены методами исторической науки, составляет весьма незначительный процент. Все данные об историческом Иисусе условно делятся на три неравных части: однозначно неисторические; материал, чью историчность нельзя однозначно ни доказать, ни опровергнуть; верифицируемый на основании современных исторических методов материал. К материалу, третьей категории относится весьма малая часть от общего объёма данных, в то время как самый бо́льший объём у тех данных, об историчности которых историк не может вынести однозначного суждения[11][13][21].

Видимо, поэтому некоторые историки предлагают под «историчным Иисусом» понимать не реального человека, а фрагментарный теоретический конструкт, который позволит развести пространства историко-религиоведческого и богословского исследования. Ведь, многие теологи и богословы воспринимают исследования в рамках поиска историчности Иисуса Христа как подрыв фундаментальных основ христианского вероучения. Стоит отметить, что исторический портрет Иисуса из Назарета сторонники историчности Иисуса Христа не могут создать и в начале XXI века, так как исследователи, несмотря на использование строгих и продуманных методологических схем, которые должны были привести сообщество библеистов к неким объективным, верифицируемым и непротиворечивым выводам, до сих пор не могут выработать общий взгляд даже на наиболее значимые проблемы «Поиска исторического Иисуса», например, отношение Иисуса к иудаизму и наличие эсхатологии в проповеди и учении Иисуса из Назарета[13][21].

Литературные источники об Иисусе Христе

К свидетельствам в пользу существования исторического Иисуса Христа сторонниками исторического подхода предлагались нехристианские о нём упоминания, среди которых чаще всего назывались «свидетельство Иосифа Флавия» (фрагмент из «Иудейских древностей»), фрагменты из «Анналов» Корнелия Тацита, «Жизни двенадцати цезарей» Гая Транквилла Светония и переписки Плиния Младшего и императора Траяна[22].

Самые ранние нехристианские упоминания об Иисусе Христе обнаруживаются в труде «Иудейские древности» иудейского историка и фарисея Иосифа Флавия. В XVIII книге имеется текст, который называется как «Свидетельство Флавия» (лат. Testimonium Flavianum)[23]:

Около этого времени жил Иисус, человек мудрый, если Его вообще можно назвать человеком. Он совершил изумительные деяния и стал наставником тех людей, которые охотно воспринимали истину. Он привлёк к себе многих иудеев и эллинов. То был Христос. По настоянию наших влиятельных лиц Пилат приговорил Его к кресту. Но те, кто раньше любили Его, не прекращали этого и теперь. На третий день он вновь явился им живой, как возвестили о Нем и о многих других Его чудесах боговдохновенные пророки. Поныне ещё существуют так называемые христиане, именующие себя таким образом по Его имени.

Достоверность «Свидетельства Флавия» до XIX века никто не пытался всерьёз оспаривать, хотя весьма трудно представить, чтобы правоверный иудей Иосиф Флавий называл бы Иисуса не богохульником и самозванцем. Сторонники мифологической школы указывали, что, вероятно, этот текст греческой рукописи не является оригинальным, и был отредактирован каким-то переписчиком в соответствии с христианским учением. В 1912 году русский учёный Александр Александрович Васильев опубликовал арабский текст сочинения христианского епископа и историка X века Агапия Манбиджского «Книга титулов», на которую в 1971 году обратил внимание израильский учёный Шломо Пинес. Данный отрывок отличается от общепризнанной греческой версией свидетельства Флавия и в некоторой мере выражает то, что, в большей мере, могло бы соответствовать высказываниям иудея и историка Иосифа Флавия[24][22]:

В это время был мудрый человек по имени Иисус. Его образ жизни был похвальным, и он славился своей добродетелью; и многие люди из числа иудеев и других народов стали его учениками. Пилат осудил его на распятие и смерть; однако те, которые стали его учениками, не отреклись от своего ученичества. Они рассказывали, будто он явился им на третий день после своего распятия и был живым. В соответствии с этим он-де и был Мессия, о котором пророки предвещали чудеса.

Другие римские историки также оставили весьма краткие записи и упоминания об Иисусе Христе, которые также рассматривались как фальшивки или интерполяции христианских переписчиков. У Светония в 15 книге «Жизнеописания двенадцати цезарей» содержится упоминание об иудеях, «постоянно волнуемых» неким Хрестом в царствование Клавдия. Данного Хреста отождествляли с Иисусом Христом, объясняя это особенностями написания имени Христа на латыни, хотя данный «факт» биографии ставит под сомнение собственно евангельское
повествование, по которому вся жизнь Иисуса Христа прошла в Палестине[18]. В «Анналах», написанных Тацитом, рассказывается об огромном
пожаре, который уничтожил чуть ли не весь Рим в 64 году нашей эры. Ответственность за пожар возлагалась Тацитом на императора Нерона, который жаждал любоваться
грандиозной картиной великого бедствия. Сам же Нерон решил, по Тациту, взвалить
вину за пожар на христиан. После чего объясняется происхождения называния христиан от имени некоего Иисуса[25].

И вот Нерон, чтобы побороть слухи, приискал виноватых и предал изощреннейшим казням тех, кто своими мерзостями навлёк на себя всеобщую ненависть и кого толпа называла христианами. Христа, от имени которого происходит это название, казнил при Тиберии прокуратор Понтий Пилат; подавленное на время это зловредное суеверие стало вновь прорываться наружу, и не только в Иудее, откуда пошла эта пагуба, но и в Риме, куда отовсюду стекается всё наиболее гнусное и постыдное и где оно находит приверженцев.

Данный отрывок также считался подделкой, гораздо более качественной, чем свидетельство Флавия, так как в большей мере выражал взгляды римлянина на учение, противоречившее официальному культу императора. При этом на редакцию этого отрывка христианским переписчиками указывает факт того, что историку Тациту не могло не быть известно о том, что Понтий Пилат был не прокуратором, а римским префектом[26]. Ещё одним текстом, который полагается свидетельством факта существования прототипа Иисуса Христа, является отрывок из переписки Плиния Младшего и императора Траяна, в которой Плиний в качестве наместника Вифинии и Понта пишет о христианах, живших на подвластных ему районов Малой Азии, которые собирались на рассвете и пели гимн Иисусу Христу, почитаемого ими, как Бога[24].

Предположительная внешность Иисуса из Назарета (изображение среднестатистического жителя того же региона и времени, созданное для канала BBC).

Вероятный образ Иисуса Христа

«Исторический Иисус» — это понятие, которым в науке обозначают реконструкцию жизни Иисуса из Назарета с помощью исторических методов. Исследователи и в XXI веке не могут прийти к однозначным выводам, хотя имеется ряд общих моментов (базовых фактов), которые не вступают в противоречие с идеями Рудольфа Бультмана[11][21]:

  • синоптические Евангелия ближе к историческому Иисусу из Назарета, чем Евангелие от Иоанна;
  • Иисуса из Назарета необходимо рассматривать в контексте иудаизма, то есть как иудейского проповедника и реформатора;
  • Иисус из Назарета при жизни имел славу чудотворца;
  • в центре проповеди Иисуса из Назарета стояло Царство Божие;
  • Иисус из Назарета был распят при Понтии Пилате.

Синоптические Евангелия повествуют о деятельности и проповедях Иисуса из Назарета, о его крещении в Иордане Иоанном Крестителем, аресте и казни. Деятельность Иисуса, имевшего галилейское происхождение, протекала в Галилее. В Евангелие от Марка Иисус назван плотником, упоминаются его братья. Образ Иисуса в евангелиях имеет много общего со странствующими учителями — рабби, которые проповедовали в синагогах[25][26].

Антихристианская традиция (Цельс, иудаизм, ислам) рассказывает об Иисусе как о сыне бедной пряхи (или завивальщицы волос) Марии, вышедшей замуж за плотника, но родившей сына в результате адьюльтера от беглого римского солдата по имени Пантера, в связи с чем Иисус именовался Иешуа бен Пантира. Иисус, говоривший на арамейском языке, был поденщиком в Египте, научился там колдовству и, вернувшись в Галилею, объявил себя богом. Раздобыв себе десять или одиннадцать приверженцев, Иисус бродил с ними по Палестине, до тех пор пока иудеи не обличили и не приговорили его к казни. Сколько времени длилась проповедническая деятельность Иисуса из Назарета не вполне ясно: согласно, синоптическим Евангелиям — один год, согласно Евангелию от Иоанна — около трёх лет. Согласно рассказам первохристиан Иисус был некрасив и мал ростом[25][26].

Необходимо отметить, что образ и деятельность Иисуса Христа в изложении различных авторов конца XX — начала XXI веков разнится. Например, британский библеист и священник англиканской церкви Джеральд Даунинг и американский исследователь Бёртон Мэк рассматривают Иисуса и его учение в свете распространения в эллинизированной Галилее кинизма. Епископ англиканской церкви и известный теолог Николас Томас Райт стоит на позиции, что реконструированный образ Иисуса Христа схож с ветхозаветными пророками, хотя с другой стороны Иисус, по Райту, полагал себя Мессией и Богом. Американский библеист и католический священник Джон Мейер называет Иисуса «маргинальным евреем», жизнь и проповедь которого выходила за рамки принятых в Израиле обычаев[27].

Особо стоит указать, что большинство исследователей историчности Иисуса Христа являются либо священниками, либо тесно связанными с религией исследователями, что указывает на их определённую позицию в решении основного философского вопроса. Хотя здесь имеются и исключения, например, прогрессивный христианский исследователь Барт Дентон Эрман позиционировал себя как агностика, а немецкий библеист Герд Людеман, переставший называть себя христианином, считался в Нижней Саксонии атеистом[27].

Другой исследователь вопроса историчности Иисуса Христа — Маркус Борг утверждал, что исследователи религии должны исходить из допущения реального бытия сверхъестественного (трансцендентного) мира. Иисус Христос, по мнению Маркуса Борга, в своём непосредственном опыте столкнулся с этим потусторонним миром и Богом. В 1995 году Маркус Борг в телеинтервью на канале NBC высказывал мнение о том, что Иисус являлся иудейским мистиком, целителем и экзорцистом, пророком и мудрецом, основавшим социальное движение[28][29]:

Иисус принадлежал к крестьянскому классу. Вне сомнения, он обладал блестящими способностями. Его язык удивительно поэтичен, он наполнен образами и историями. Он мыслил метафорами. Он не был аскетом, но любил мир и имел вкус к жизни. Он страстно относился к социально-политической ситуации в мире — подобно Ганди или Мартину Лютеру Кингу он бросил вызов системе господства своего времени. Он был иудейским экстатическим мистиком, и потому Бог был для него реальностью, познаваемой на опыте. Иисус исцелял людей. Окружающие чувствовали рядом с ним некое духовное присутствие, подобно тому, что ощущали рядом со святым Франциском или сегодняшним Далай-ламой. Как историческая фигура Иисус неоднозначен: узнав о нём, вы можете подобно его родным решить, что он психически нездоров, или это просто чудак, или что он опасен для общества, — либо же вы можете сделать вывод, что он был исполнен Духа Божьего.Маркус Борг, американский либеральный теолог и исследователь вопроса историчности Иисуса Христа, Бунтарь Иисус. Жизнь и миссия в контексте двух эпох

Литература

Примечания

  1. 1,0 1,1 1,2 1,3 1,4 Аверинцев С. С., Токарев С. А. Иисус Христос // Мифы народов мира: энциклопедия : электронное издание / Главный редактор С. А. Токарев. — Москва: Советская Энциклопедия, 2008. — С. 403—415. — 1147 с.
  2. Аверинцев С. С. Иисус Христос // Мифологический словарь / Главный редактор Е. М. Мелетинский. — Москва: Советская энциклопедия, 1990. — С. 231—236. — 672 с.
  3. 3,0 3,1 Можейко М. А., Грицанов А. А., Мерцалов А. И. Иисус Христос // Всемирная энциклопедия: философия / Главный научный редактор и составитель А. А. Грицанов. — Москва: АСТ, 2001. — С. 396. — 1312 с. — ISBN 5-17-007278-3.
  4. Иисус (Иисус Христос) // Britannica: настольная энциклопедия : в 2-х томах. Том 1. — Москва: АСТ; Астрель, 2009. — С. 718. — 2325 с. — ISBN 978-5-271-22857-5.
  5. 5,0 5,1 Иисус Христос // Святая Русь. Большая энциклопедия русского народа. Русское мировоззрение / Главный редактор и составитель О. А. Платонов. — Москва: Православное издательство «Энциклопедия русской цивилизации», 2003. — 1006 с. — ISBN 5-091364-08-2.
  6. 6,0 6,1 Петровский А. В. Личность. Деятельность. Коллектив. — Москва: Политиздат, 1982. — 256 с.
  7. 7,0 7,1 Настольная книга атеиста / Под общей редакцией С. Д. Сказкина. — Москва: Политиздат, 1985. — 460 с.
  8. Иисус Христос // Атеистический словарь / Под общей редакцией М. П. Новикова. — Москва: Политиздат, 1986. — С. 167—168. — 512 с.
  9. 9,0 9,1 9,2 Лившиц Г. М. Историческая школа // Очерки историографии Библии и раннего христианства. — Минск: Вышэйша школа, 1970. — С. 173—183. — 408 с.
  10. 10,0 10,1 Ранович А. Б. О раннем христианстве. — Москва: Издательство АН СССР, 1959. — С. 237. — 524 с.
  11. 11,0 11,1 11,2 11,3 Ястребов Г. Г. «Поиск исторического Иисуса». БРЭ (9 января 2023). Дата обращения: 6 октября 2025.
  12. Серёгин А. В. Иисус Христос в документах истории. Составление, статья и комментарии Б. Г. Деревенского. СПб.: Алетейя, 1998. 496 с. // Вестник древней истории. — 2002. — № 1 (240). — С. 189—201.
  13. 13,0 13,1 13,2 13,3 Андреев А. В. Переосмысление объекта «Поиска исторического Иисуса» в XX — начале XXI века // Вестник Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. Серия 1: Богословие. Философия. Религиоведение. — 2019. — № 84. — С. 11—26.
  14. 14,0 14,1 14,2 Андреев А. В. Дискуссия об историчности Иисуса Христа в советском религиоведении // Вестник Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. Серия 1: Богословие. Философия. — 2015. — № 2 (58). — С. 73—88.
  15. Американские просветители. Избранные произведения в 2-х томах. Том 2 / Под общей редакцией Б. Э. Быховского. — Москва: МЫсль, 1969. — 445 с.
  16. Слотердейк П. Об исправлении Благой вести. Пятое евангелие Ницше. nietzsche.ru. Дата обращения: 16 декабря 2025.
  17. Джефферсон, 1941.
  18. 18,0 18,1 18,2 18,3 Крывелев, 1987.
  19. Ренан, 1991.
  20. Швейцер, 1910.
  21. 21,0 21,1 21,2 Андреев А. В. Кем был Иисус из Назарета: реконструкции образа исторического Иисуса конца XX - начала XXI века // Вестник Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. Серия 1: Богословие. Философия. Религиоведение. — 2016. — № 6 (68). — С. 9—25.
  22. 22,0 22,1 Крывелёв, 1968.
  23. Иосиф Флавий. Иудейские древности. Книга ХVIII. Библиотека «Вехи». Дата обращения: 19 октября 2025.
  24. 24,0 24,1 Косидовский З. Библейские сказания; Сказания евангелистов / Послесловие И. С. Свенцицкой. — Москва: Политиздат, 1990. — 478 с. — ISBN 5-250-00603-5.
  25. 25,0 25,1 25,2 Свенцицкая И. С. Раннее христианство: Страницы истории. — Москва: Политиздат, 1989. — 336 с.
  26. 26,0 26,1 26,2 Деревенский, 1998.
  27. 27,0 27,1 Андреев, 2022.
  28. Макаров А. Д. Борг Маркус. БРЭ (2 августа 2022). Дата обращения: 19 октября 2025.
  29. Борг, 2009.