Ротницкий, Арий Давидович

Эта статья входит в число избранных
Материал из «Знание.Вики»
Арий Давидович Ротницкий
Арий Давидович Ротницкий, русский и советский общественный деятель, педагогАрий Давидович Ротницкий, русский и советский общественный деятель, педагог
Дата рождения 15 августа (28 августа) 1885(1885-08-28)
Место рождения Тула,
Российская империя
Дата смерти 9 сентября 1982(1982-09-09) (97 лет)
Место смерти Москва, СССР
Гражданство  Российская империя
 СССР
Род деятельности общественный деятель, педагог
Отец Давид Арьевич Ротницкий
Мать Элька Шимонова
Супруг(а) Ида Абрамовна Ротницкая-Мовшович (1883—1930),
Цилия (Любовь) Моисеевна Глезер (1886—1957),
Анна Львовна Ротницкая (1898—1992)
Дети Ротницкий Марк (1910 — середина 1940-х),
Ротницкий Станислав (20 февраля (3 марта) 1912 — 1942),
Ротницкая Аделина (1 декабря 1915 — 30 сентября 1941)
Награды и премии

Медаль «За трудовое отличие» — 1967

Тула, Оружейный переулок. Николо-Зарецкий храм

А́рий Дави́дович Ротни́цкий (15 августа (28 августа1885, Тула — 9 сентября 1982, Москва[1]) — русский и советский общественный деятель, организатор первой массовой экскурсии детей тульских рабочих в Ясную Поляну ко Льву Николаевичу Толстому, педагог, один из первых организаторов и популяризаторов детского дошкольного воспитания в Тульской губернии[2]. В разное время ответственный исполнитель Союза советских писателей, Литературного фонда СССР.

Внёс значительный вклад в развитие образования в Тульской области, а также в развитие медицинской инфраструктуры региона. Основные направления деятельности Ария Ротницкого — выявление потребностей больных и престарелых литераторов и применение наиболее эффективных мер помощи, организация похорон писателей, перезахоронение, а также увековечение их памяти и сохранение захоронений. Составитель некрополя советских писателей[3].

Биография

Детство и юношество

Арий Давидович Ротницкий родился в городе Туле в многодетной семье тульского предпринимателя — коммивояжёра Давида Арьевича Ротницкого, торговца углем и антрацитом и его жены Эльки Шимоновой. Проживали они в Заречье, в доме № 4 по улице Миллионной, в самом начале Кузнецкой (Оружейной) слободы. Товарищами его детских игр были дети оружейников и другой рабочей бедноты. Мальчика с раннего детства и всю жизнь в семье называли Лёвушкой, так как имя Арий ему дали при крещении против воли родителей[1]. Он гордился тем, что является тёзкой Льва Николаевича Толстого и всем объяснял, что «Арий» в переводе с древнееврейского — «лев»[4].

Арий учился в частной школе, а потом поступил в реальное училище. К этому моменту его отец — уже известный тульский промышленник — желает видеть сына горным инженером. Но мальчика тянет к детям — ребятишкам из народа. Недалеко от дома Ротницких располагался дом призрения, который Арий часто посещал. Там жили дети-сироты, их воспитанием занималась Татьяна Ивановна Форстер. Всех их связывала большая дружба. Почти каждый день Арий приходил в это учреждение, помогал воспитательнице, по её поручению читал для детей, играл и гулял с ними, вместе с Татьяной Ивановной готовил различные детские праздники[1].

В 1906 году Арий экстерном закончил реальное училище, две попытки поступления в Высшее горное училище оказались безуспешными. Его ждала служба в армии вольноопределяющимся, но юношу забраковали. Арий стал работать служащим на предприятии своего отца и активно начал заниматься общественной деятельностью[5].

Работа в общественных организациях города Тулы

Русское Общество охранения народного здравия

С 1907 по 1918 год Ротницкий — член Тульского отдела Русского Общества охранения народного здравия, председатель детской библиотечной секции и секции детских развлечений, а также непосредственный руководитель детских игр и экскурсий[1].

Тульский отдел Русского Общества охранения народного здравия (ТО РООНЗ) был создан в Туле в 1896 году, согласно Уставу, с целью содействия «улучшению общественного здравия и санитарных условий в Туле и её окрестностях». Особое внимание уделялось просветительской деятельности. Большинство членов Отдела составляли врачи, им помогали учителя начальных школ. В благотворительных акциях участвовали: тульское купечество, дворянство, духовенство, интеллегенция и тульские промышленники[6].

Отдел состоял из нескольких секций, каждая из них занималась своим кругом вопросов. Организацией мероприятий разного плана для подрастающего поколения занималась секция внешкольного развития детей (комиссия детских развлечений) (1906), её задачей было «отвлечь бедную учащуюся тульскую детвору от пребывания в тесной, душной, полуголодной, полупьяной обстановке»[7]. Арий Ротницкий стал одним из руководителей этой секции.

Летом члены секции устраивали в тульских садах ролевые и подвижные игры, игры с песнями, вывозили детей на природу, за город. Вместе с детьми сажали деревья в Арсенальном и Пушкинском садах города, а после устраивали для детей угощения. Детей водили в электротеатр «Модерн», в музей Народного дома[6].

Я хотел работать среди детей окраины, хотел сделать радостным детство этих пасынков державы Российской, вырвать их из темноты и духовной изоляции.Арий Ротницкий

По инициативе Ария Давидовича строились детские площадки, устанавливались качели, карусели, создавались поля для игры в городки, в лапту, в чижа[4]. Часто Арий и сам принимал участие в ребячьих забавах.

Тула. Щегловский монастырь в окружении парка имени Льва Николаевича Толстого (название утеряно)

Члены ТО РООНЗ были озабочены тем обстоятельством, что в рабочем Чулково, где население составляло двадцать тысяч человек, нет ни одного сада, где дети могли бы проводить время на природе, на свежем воздухе. Место было выхлопотано около монастырской школы на улице Щегловской (сейчас ул. Щегловская Засека). Сад был заложен в 1910 году и назван именем Льва Николаевича Толстого[6].

Экскурсия тульских детей к Льву Толстому 27 июня 1908 года

Начало деятельности комиссии детских развлечений ТО РООНЗ совпало с периодом нападок официальной церкви на великого русского писателя Льва Николаевича Толстого. С отлученным от церкви Толстым категорически не разрешалось встречаться никому. Но молодые учителя, не имеющие опыта работы с детьми, хотели пообщаться с педагогом, создателем Яснополянской школы для крестьянских детей, рассказать ему о своей деятельности. Так у Ротницкого появилась мысль организовать поездку в Ясную Поляну. Поездка готовилась без излишней огласки, задачу организации поездки упрощал тот факт, что дача Ротницкого находилась недалеко от Ясной Поляны и все переговоры с Львом Николаевичем Толстым остались неизвестны посторонним[8].

Въездные ворота в музей-усадьбу Ясная Поляна

26 июня 1907 года 800 детей пролетарских и зареченских окраин Тулы, учившиеся читать по «Азбуке» своего великого земляка, отправились в гости к «дедушке» Толстому: сначала проехали 15 километров по железной дороге до станции Козлова Засека, а потом прошли пешком до имения Толстого три километра. Организация этого почти тысячного похода была тщательно продумана: дети разделены на группы в 50 человек. У каждого в группе на руке повязка одинакового цвета, такой же флаг у руководителя. Группы так и назывались: красная, лиловая, зелёная, синяя, жёлтая, серая и т.д[9].

Толстые встретили детей гостеприимно, напоили чаем. По словам Софьи Андреевны Толстой «выпито было шестьдесят ведер чая». Дети вели себя по взрослому — чинно, не шалили, на что Толстой обратил внимание. В этот день Арий Давидович получил от хозяина усадьбы приглашение посетить Ясную Поляну в более спокойной обстановке. Знакомство с великим писателем и его семьёй, разнообразные шумные игры на площадке перед террасой толстовского дома на глазах хозяина усадьбы, беседы с ним, на всю жизнь запомнились её участникам. Счастлив был и сам Толстой. Он чувствовал себя добрым волшебником во время веселого и шумного купания в Воронке, игр в деревне и в лесу. В своей записной книжке в этот день он записал: «Пришли 800 детей — хорошо»[4].

Толстые: Лев Николаевич и Софья Андреевна (фотография 1910 года)

Правление ТО РООНЗ встретило аплодисментами возвратившегося из Ясной Поляны Ротницкого. Но реакция властей была крайне негативной. Особенно негодовало духовенство. Каширский епископ Георгий обратился в письме к епископу тульскому Лаврентию с такими словами: «… самый факт хождения детей к графу и устроение ему оваций — есть факт развращающий и парализующий христианское воспитание детей. Те, кому дороги христианское воспитание и счастливое будущее детей, должны обратить на это особое внимание»[8].

Городская администрация начала расследование. Городской голова Андрей Андреевич Любомудров был готов уволить участниц поездки — молодых учительниц. За них вступился местный самоварщик и попечитель зареченских школ Дмитрий Иванович Шемарин, очень уважавший Льва Николаевича Толстого. Шемарин заявил, что в случае увольнения учительниц, он откажется от попечительства. Угроза возымела действие, никаких санкций к ним не применили[5].

Был распространён слух, что Лев Толстой дал Ротницкому денег на обращение детей в толстовство. Хотя было общеизвестно, что писатель никогда ни на какие организационные мероприятия денег не давал. Ротницкому пришлось доказывать, что все эти слухи — вымысел и ложь. Ему грозила ссылка в Архангельскую губернию, но вмешательство Василия Фёдоровича Андреева, который признал, что именно он давал разрешение на поездку детей в Ясную Поляну, благополучно закрыло расследование[4]. Эта история закончилось для Ротницкого всего лишь тем, что у него взяли подписку в полицейском управлении, обязывающую на каждую поездку с детьми предварительно получать разрешение полиции. При дальнейших выездах детей за город группу сопровождали «для охраны порядка» два городовых[8].

Вторая встреча с Львом Николаевичем Толстым состоялась 30 июня 1907 года. Ротницкий робел и очень волновался, особенно за обеденным столом, где посажен был рядом с великим русским писателем. Но это прошло, когда они уединились для беседы, которая длилась по словам Ария Давидовича, часа три[6]. Они говорили со Львом Толстым о проблемах воспитания детей, о работе «Комиссии детских развлечений». Великий писатель беспокоился, как дети доехали до Тулы, все ли здоровы, а потом горячо одобрил деятельность молодого гостя и его добровольных помощников[4]. По просьбе Ария Давидовича, Толстой подарил ему своё фото с дарственной надписью.

Ротницкий выполнил задание членов секции внешкольного развития детей и попросил у Льва Николаевича Толстого его произведения для будущей детской библиотеки ТО РООНЗ. Толстой отобрал несколько своих книжек, изданных в последнее время. Эти книги, вместе с книгами семьи Ротницких, легли в основу первой детской самостоятельной общедоступной библиотеки города Тулы (1909)[6].

Открытие детской библиотеки ТО РООНЗ

В сентябре 1908 года Арий Давидович Ротницкий на Совете Отдела предложил взяться за организацию детской библиотеки. Эта идея была одобрена членами Совета.

20 ноября того же года тульский губернатор дал разрешение на открытие детской библиотеки ТО РООНЗ в Кузнецкой (Оружейной) слободе. Ротницкий быстро нашел единомышленников и помощников. Совет Отдела выделил 100 рублей, но организаторы решили не тратить эти средства на приобретение литературы, а собрать книги по знакомым. Решили: библиотеку можно открывать при наличии даже 500 книг. Затея увенчалась успехом. Более 700 книг были собраны уже через две — три недели[7].

А книги для будущей библиотеки продолжали поступать. Среди дарителей: Мария Дмитриевна Терешенкова (250 книг), Александра Васильевна Баташёва (300 книг), Мария Петровна Озерова (100 книг), Зоя и Вера Ивановы, Шура и Надя Ротницкие. Городской голова Андрей Андреевич Любомудров пожертвовал на будущую детскую библиотеку 100 рублей и передал новые дешевые издания Лермонтова и Пушкина. Всего жертвователей: 67 человек[6].

21 января (3 февраля) 1909 года в начале улицы Миллионной (ныне Октябрьской) в доме Раева, после освящения помещения, открылась детская библиотека ТО РООНЗ. Она располагала фондом в 1200 экземпляров книг. Эта библиотека стала первой детской самостоятельной общедоступной библиотекой в Туле[6].Она не раз меняла номера, в одно время носила имя Надежды Константиновны Крупской, долго колесила по улицам Заречья, а в 1961 году получила постоянную прописку по адресу: г. Тула, ул. Октябрьская, д. 201[6]. Сейчас это детское отделение Модельной библиотеки № 3 имени Всеволода Фёдоровича Руднева Муниципального учреждения культуры «Тульская библиотечная система».

Тульское Общество образования (1909—1910)

Сергей Владимирович Симанский (1890-е годы)

С 1909 года Арий Давидович Ротницкий — член правления Тульского общества образования. Он занимался организаций детских литературных праздников, в которых принимало участие большое количество школ. Ротницкий работал напрямую с каждым учебным заведением, распределяя обязанности: учащиеся одной школы готовили фотографии, другой — биографии русских поэтов, ученики третьей выбирали и разучивали стихи, делали постановку музыкальных сценок. А Арий Давидович в качестве режиссёра сводил всё воедино[5].

Для логического завершения празднику не хватало музыкального сопровождения. А в Тульской семинарии работал оркестр народных инструментов. Дирижёр этого оркестра, друг Ария Давидовича, посоветовал обратиться к ректору, Сергею Владимировичу Симанскому. Будущий патриарх Алексий I встретил Ротницкого доброжелательно, расспросил, зачем ему необходим оркестр, что за утренники он устраивает. Арий Давидович пояснил, что организует литературные праздники таким поэтам, как Плещеев, Крылов, Кольцов, Никитин. Его преосвященству идея понравилась, и он даже распорядился дать подводу для перевозки инструментов. С тех пор оркестр народных инструментов был постоянным участником литературных праздников[3]. В 1910 году Тульское общество образования было закрыто, так как начальство посчитало его деятельность крамольной[5].

Общество борьбы с туберкулёзом

Общество борьбы с туберкулезом было организовано для лечения рабочих Тульского оружейного завода, больных этим тяжёлым заболеванием. Казначеем был Ротницкий, он осуществлял контроль за поступлением денежных средств и обеспечением деятельности санатория, основанного самоварщицей и благотворительницей Александрой Васильевной Баташёвой в своем имении Иншинка в память супруга Ивана Степановича Баташёва, умершего от туберкулёза[5].

20 апреля 1907 года в Туле был проведён день «Белого цветка»: дети и взрослые продавали на улицах города искусственные белые ромашки, сделанные своими руками из обрезков белой материи и проволоки. Собранные средства (3650 рублей) были переданы Тульскому обществу борьбы с туберкулёзом. Акция была проведена по инициативе, руководстве и непосредственном участии Ария Давидовича[8].

Другие общественные организации города

В 1911 году А. Д. Ротницкий — член Общества вспомоществования ученикам мужской гимназии Ивана Фёдоровича Перова г. Тулы;

В 1913 году А. Д. Ротницкий — купец, старшина купеческого клуба;

В 1917 году А. Д. Ротницкий — член Совета Отдела попечения о детях при Русском Обществе охранения народного здравия[10].

Тульский Губернский Отдел народного образования (1917—1923)

Праздник Свободы 1 мая 1918 года

После Февральской революции Арий Давидович Ротницкий обратился с предложением к Тульскому Совету рабочих, крестьянских и солдатских депутатов помочь в организации культурной работы в городе. В это время в ознаменовании Свободы в Туле планировали провести большой праздник для детей. Мероприятие задумывалось как грандиозное событие, способное надолго остаться в памяти ребят. Принять участие в празднике должны были все учебные заведения, буквально, все учащиеся города.

Тула. Вход в Петровский парк

Была организована хозяйственная комиссия, возглавил которую Арий Давидович. Она занялась подготовкой праздника. По сценарию: учащиеся всего города должны были собраться в Петровском парке (сейчас это Центральный парк культуры и отдыха имени Петра Петровича Белоусова), где на территории бывшего ипподрома планировалось устроить для детей спортивные игры. Приятный подарок готовили участникам в конце праздника — угощение. После чего, дети должны были постепенно разойтись по домам.

Праздник Свободы состоялся 1 мая. В шествии приняли участие учащиеся всех образовательных учреждений города: школ, гимназий и воспитанники детских организаций — более двадцати пяти тысяч человек. Десять групп по сто человек сливались в тысячный отряд. В каждой сотне и каждой тысяче был свой главный. Каждая группа имела на руках повязки определённого цвета и такой же флаг (перенят опыт комиссии детских развлечений ТО РООНЗ), что помогало детям и руководителям чётко отслеживать друг друга.

Собирались по разным районам города Тулы: Зареченский — в одном месте, Чулковский — в другом. Шествие было очень хорошо организованно: движение каждой группы было тщательно рассчитано, каждый отряд чётко знал, в какое время, куда надо прибыть, поэтому не было бесполезного ожидания. Это было большое, красочное зрелище — цветные потоки из разных концов города Тулы направлялись в самый центр города — в Петровский парк[3].

После этого праздника Ротницкий стал работать в Отделе народного хозяйства на постоянной основе заведующим внешкольным и дошкольным воспитанием и образованием. Стал организовывать площадки для детских игр, детские библиотеки.

Работа по организации детских дошкольных учреждений

31 января 1918 года в Туле по Постановлению Тульского военно-революционного Комитета и губернского исполнительного комитета (Губисполкома) был образован губернский комиссариат народного просвещения, 5 мая того же года переименован в губернский Отдел народного образования (Губоно). При нём образовались подотделы дошкольного образования и охраны детства. С 1918 по 1923 годы Ротницкий был бессменным руководителем этих подразделений.

До революции государственные ассигнования на дошкольное воспитание были ничтожны. В государственном бюджете Российской империи на 1913 год по статье «Занятия с детьми дошкольного возраста» предусматривались затраты в среднем на одного ребёнка-дошкольника в размере 1 коп. в год. К октябрю 1917 года в стране имелось всего около 280 детских садов, сосредоточенных в крупных городах, из них 250 — платные. Такое положение дошкольных учреждений в дореволюционной России вполне закономерно. Перед ними и не ставилась задача организации воспитания детей широких народных масс. Правительство рассматривало детские сады лишь как учреждения для помощи семейному воспитанию или длясодержания сирот[11].

С первых дней установления советской власти забота о детях, охране здоровья матери и ребёнка были объявлены государственным делом. Отпускались огромные ассигнования на организацию детских учреждений, подготовку кадров дошкольных работников, научную работу в этой области и другие нужды. Детским учреждениям передавались барские особняки, мебель, посуда, они снабжались одеждой, обувью и прочим, обеспечивалось бесплатное питание детей.

При Народном комиссариате просвещения РСФСР (Наркомпросе) был создан Совет защиты детей. Специальным декретом Совета народных комиссаров РСФСР (Совнаркома) дошкольное воспитание было включено в единую систему народного образования. В декларации «О дошкольном воспитании» от 20 декабря 1917 года указывалось, что система дошкольного воспитания должна «являться составной частью всей школьной системы и должна быть органически связана в одно целое со всей системой народного образования». Наркомпрос стал уделять внимание не только детским садам, но и подготовке педагогических кадров, разработке теории общественного дошкольного воспитания[12].

Арий Давидович стал первым в Туле организатором и популяризатором дошкольного детского воспитания, выполняя, как руководитель подотделов дошкольного и охраны детства тульского Губоно, ответственные задания по организации дошкольного воспитания детей[3].

Во всем городе было только два детских сада, буржуазных, на маленькое количество детей, на 10 — на 12. Это дело надо было создавать совершенно заново. Помещений не было. Мы стали занимать бывшие приходские, церковно-приходские школы под детские сады, еще какие-то мало-мальски подходящие помещения, но так было трудно, что за два года мы только сумели 19 детских садов открыть.Арий Ротницкий

Вновь открываемые детские сады необходимо было обставить детской мебелью. В военное время достать что-нибудь подобное было практически невозможно. Но Арий Давидович нашёл выход из положения. Он обратился к латышу Баасу, который на своей маленькой механической фабрике что-то изготавливал для нужд оружейного завода. Баас не только сам был мастером высокой квалификации, но и имел подходящий материал и хороших специалистов. Детские сады получили качественную мебель для детей: столы, скамейки, шкафы.

В связи с открытием новых детских садов возникла необходимость в воспитателях. Их набирали из среды фабричных и заводских работниц. Для их обучения организовывались краткосрочные трехдневные и трехмесячные курсы. В качестве лекторов Арий Давидович старался приглашать опытных педагогов. На курсах преподавали такие специалисты по дошкольному воспитанию, как: профессор Евгений Абрамович Аркин, Евгения Николаевна Флёрина, Станислав Теофилович Шацкий, Луиза Карловна Шлегер и многие другие.

Толстая-Сухотина Татьяна Львовна, фото 1886 года

Зимой 1918 года Губоно поручил Ротницкому съездить в Ясную Поляну пригласить Татьяну Львовну Толстую прочитать лекцию на курсах, потому что она когда-то имела в Москве небольшой детский сад. Татьяна Львовна встретила Ротницкого очень доброжелательно, пригласила к обеду. Признала, что хотя педагогический опыт у неё небольшой, но если надо — то она обязательно приедет.

Послушать дочь самого Льва Толстого собралось много курсантов. Её сообщением все остались довольны. Татьяна Львовна привезла опытному детскому саду в подарок картину «Лев Толстой босой», написанную Ильёй Ефимовичем Репиным в 1901 году. А внизу собственноручно написала: «Опытному детскому саду Наркомпроса от дочери Льва Николаевича Толстого Татьяны Львовны Сухотиной-Толстой». Она произвела очень хорошее впечатление и своим сообщением, и подарком дошкольникам, и самим отношением к слушателям — внимательным, товарищеским[3].

Такая же работа по организации детских дошкольных учреждений проводилась по всей губернии, во всех уездных городах: Алексине, Венёве, Белёве, Епифани, Черни, Одоеве. Ротницкий ездил всюду сам, создавал детские сады, занимался подготовкой дошкольных работников. Вот как благополучно все складывалось в Богородицке[3].

…Там пришлось свои курсы делать, и на этих курсах преподавателями были учителя сельскохозяйственного училища, которые были организованы Бобринским для своих имений. И там были прогрессивные учителя, они преподавали на этих курсах. Дело развилось очень широко.Арий Ротницкий

Благодаря самоотверженной работе, богатому опыту и энтузиазму Ротницкого в Туле в 1918 — 1920 годах было открыто 19 народных детских садов, 9 летних детских колоний,11 площадок для детских игр, 4 детских библиотеки, 3 выставки детских работ, два детских клуба, было проведено 3 конференции по дошкольному воспитанию[13].

Борьба с голодом в детских учреждениях в 1918—1919 годах

В тяжелые дни весны 1918 года в Туле появились перебои с продовольствием. Особенно сильно страдали от голода дети. Поэтому на Губоно возложили задачу — необходимо подкормить голодающих детей тульских рабочих[3].

Мы стали организовывать … питательные дома. — Что мы делали? Конфисковали все трактиры, у них всё там было оборудовано для этого дела, стали давать им уже как служащим туда продукты, они готовили им, и дети обедали там. Ну, что за обед… продуктов было мало.Арий Ротницкий

Другая проблема состояла в отсутствии одежды и обуви, в связи с этим некоторые дети просто не могли выходить из дома. Решили просить помощи у председателя Всероссийского центрального исполнительного комитета (ВЦИК) Якова Михайловича Свердлова, надо было ехать в Москву. Предварительно стали составлять список необходимого. «Получалось у нас что-то грандиозное, — вспоминал Арий Давидович. — В то голодное время, когда ничего нет, ехать с таким заявлением… Сокращали, сокращали… наконец, сократили, уже считали, что больше нельзя сокращать, и дали поручение мне поехать к Свердлову и просить у него помощи».

Свердлов Яков Михайлович в своём рабочем кабинете (фотография 1919 года)

Ротницкому, в то время уже председателю Совета защиты детей, был выдан мандат, который предоставлял ему право на встречу в Кремле с Свердловым для обсуждения вопроса о положении детей. Ротницкий был потрясён тем, с какой легкостью, без каких-либо бюрократических проволочек он попал на приём к главе государства.

Яков Михайлович живо интересовался всем: и работой Отдела народного образования, и общей обстановкой в Туле и настроением рабочих. Арий Давидович ответил на все вопросы, рассказал обо всём, в том числе и о том, как организуется детское питание, и в чём у них острая нужда. Бегло просмотрев предоставленный список самого необходимого, Яков Михайлович отправил Ротницкого к Анне Ильиничне Елизаровой, сестре Владимира Ильича Ленина, предупредив, что она уже поставлена в известность и поможет в решении вопроса. На следующий день Анна Ильинична подтвердила, что все их требования будут полностью удовлетворены, груз будет направлен в Тулу[3].

Возвращаюсь я в Тулу, вхожу в Отдел народного образования, а там суматоха, кидаются все: «Арий Давидович приехал! Арий Давидович приехал!» — Думаю, что за событие такое? Подбегает мой заместитель, белорус по национальности, из рабочих: «Арий Давидович, вы приехали?» Я говорю: «Да, приехал». — «А как же меня командировали в Москву?» — «Зачем?» — «А сведения получили, что вы погибли там». — «Кто погиб?» — «А так, там взрывы были, и вот приехал… кто-то сказал, что во время взрыва погиб там Арий Давидович. А меня назначили ехать туда вас привозить». Я вижу, что он даже расстроен, потому что ему хотелось в Москву поехать, и вдруг это все рухнуло: приехал сам покойник.Арий Ротницкий

Все были довольны благополучным решением вопроса. Долгожданный, и такой необходимый, груз после получения был поделён: большая часть отошла вновь созданному Отделу социального обеспечения для снабжения приютов, а оставшаяся часть была распределён между Отделом народного образования и школами, в которых учились дети рабочих.

Весной 1919 года ситуация повторилась: в городе сложилось критическое положение с питанием детей в школах и приютах, которых в Туле было много: для детей-сирот, для глухих, для больных церебральным параличом, для малолетних правонарушителей. Дети голодали. Губком партии, Губисполком, Губоно решили подкормить детей, отправив их в сельскую местность — там вопрос с питанием не стоял так остро.

Ротницкий организовал и направил делегации учителей для поиска неразрушенных помещичьих усадеб, в которых можно было бы разместить детвору. В результате удалось вывести 800 ребят в Новосильский уезд[8], где их немного подкормили и даже успели вернуть назад накануне наступления Деникина.

Первый Всероссийский съезд по дошкольному воспитанию

Во время работы в тульском управлении народного образования (Наробразе) Ротницкий был делегатом первых трех Всероссийских съездов по дошкольному воспитанию. Первый съезд состоялся в конце апреля 1919 года, и Арий Давидович вместе с небольшой группой товарищей принимал участие в беседе с наркомом образования Анатолием Васильевичем Луначарским.

Владимир Ильич Ленин (Ульянов)

Съезд проходил в два этапа, сначала для делегатов по дошкольному воспитанию, а затем для педагогов внешкольного образования. Ротницкий решил принять участие только в первой половине, по своей прямой деятельности. Но ему пришлось остаться, чтобы послушать Владимира Ильича Ленина, который должен был выступать перед делегатами съезда 1 мая. Встреча с Лениным запомнилась Арию Владимировичу на всю его долгую жизнь[3].

Все были очень взволнованы, всю ночь не спали. Нас построили напротив Исторического музея. Ленин подъехал на карете, которая теперь находится в Ленинских Горках, в музее... в сопровождении охраны. Он поднимается на трибуну. А я думаю: что такое? вроде нашего среднего купца, в таком пальто с воротником шалькой…

Но когда он стал говорить, с первых слов видно было, что это говорит большой культуры человек. Он не размахивал руками, он говорил спокойно, немного повышая голос. Но доходило каждое слово.

Ленин нас приветствовал как делегатов съезда — нового начинания советской власти, стал говорить, что «мы окружены врагами со всех сторон, но я ни минуты не сомневаюсь, что победа будет за нами! Сегодня мы празднуем 1 мая и одновременно проводим праздник зеленых насаждений: сажаем плодовые деревья. Мы, может, не доживём до плодов от этих деревьев, но мы уверены, что наша смена… воспользуется этим и что рабочие довоюют, я ни минуты в этом не сомневаюсь». И он пожелал успехов в нашем новом начинании — дошкольном воспитании — и поехал дальше.Арий Ротницкий

В начале 1920-х годов детские сады оказались под угрозой закрытия. Появились новые веяния — забота о фабриках и заводах, теперь уже не до детских дошкольных учреждений. Ротницкий твёрдо отстаивал свою позицию о необходимости и значимости детских садов. Когда вновь пришедший сотрудник попытался рьяно взяться за закрытие детских садов, Арий Давидович в знак протеста даже подал заявление об уходе. Но заведующий поддержал Ротницкого и порвал заявление.

В 19181920 годах Арий Давидович Ротницкий был поистине незаменимым человеком в области детского воспитания. В удостоверении, выданном ему отделом народного образования в 1920 году, говорилось: «…принимая во внимание громадную ценность товарища Ротницкого в настоящий момент хозяйственного строительства, губернский отдел народного образования не может согласиться на его даже кратковременный отъезд, последний принес бы ощутимый ущерб работе наробраза».

Потом в трудовой деятельности Ария Давидовича наступил длительный перерыв, он долго болел. В 1925 году Ротницкий переезжает в Москву, в это время там живёт его брат, студент медицинского факультета. О нём известно только то, что он всю войну прослужил начальником лазарета и умёр в возрасте 71 года[5].

Первая опытная школа Наркомпроса

В 1925 году Арий Давидович переезжает в Москву, работает в Первой опытной школе Наркомпроса, которая располагалась в Вадковском переулке. Здесь ему пригодился опыт проведения литературных праздников, потому что в его обязанности входит в один из выходных дней устраивать мероприятия, посвященные писателям, наподобие тех, что когда-то он проводил в Туле. Теперь ему в этом помогали знакомые артисты и художники, бесплатно выступавшие на вечерах. Одновременно Арий Давидович работает организатором культурно-бытовой работы в школах Марьинорощинского района[5].

Работа с композиторами и писателями

Московское общество драматических писателей и композиторов (МОДПИК)

Работу организатора культурно-массовых мероприятий в школах Ротницкий совмещал с трудовой деятельностью в Московском обществе драматических писателей и композиторов (МОДПИК), где хорошо платили и давали продуктовый паёк, что позволяло содержать семью: троих детей и больную жену, которые остались в Туле.

Борис Пастернак

Там Ротницкий познакомился с известными драматургами и композиторами, среди которых: Абрам Ильич Хачатурян, Дмитрий Борисович Кабалевский, Александр Борисович Гольденвейзер, Михаил Михайлович Ипполитов-Иванов, Сергей Сергеевич Прокофьев, сестры Гнесины и их брат Михаил Фабианович Гнесин.

В МОДПИКе Арий Давидович занимал должность ответственного исполнителя. Это давало ему большие полномочия, возможность решать все необходимые вопросы с работниками других ведомств. Забота о ветеранах и больных полностью лежала на плечах Ария Давидовича. Он занимался путевками, устройством в больницу, добыванием лекарств, навещал престарелых и больных, где бы они ни находились: дома, в больнице, в Домах ветеранов, даже за городом, а также приездом, отъездом, устройством на жительство композиторов, драматургов и членов их семей.

Строительство первого большого дома для писателей в Лаврушинском переулке прошло при деятельном участии Арий Давидовича. Он занимался инспектированием работы агентов по выплате авторских гонораров в разных городах. В силу своих должностных обязанностей он близко общался с авторами и не только на службе, но и у них дома. Ротницкий был частым гостем у писателей и композиторов, те, в свою очередь, бывали в его комнате в коммунальной квартире, среди них: Константин Михайлович Симонов, Борис Леонидович Пастернак, Александр Серафи́мович Серафимо́вич.

Обязанности Ария Давидовича были самыми разнообразными. Он отвечал за организацию съездов, концертов, различных выступлений. Порой приходилось решать неожиданные вопросы. Так, при организации съезда драматургов Арию Давидовичу, помимо поиска помещения и обеспечения питания, пришлось принимать участие в подборе замены внезапно заболевшему основному докладчику.

До съезда осталось всего три дня, времени на размышления было мало. Решили попробовать пригласить Анатолия Васильевича Луначарского и отправили к нему Ротницкого, поскольку тот уже встречался с наркомом просвещения на первом съезде по дошкольному воспитанию. Луначарский сразу ответил согласием, только просил прислать за ним машину. Машину нашли, Ротницкий привез Луначарского на съезд, «а там радуются, овации ему устроили. Никто не ожидал, что он приедет. Думали, что я их в заблуждение ввожу», — вспоминал Арий Давидович.

Ротницкий готовил вечер, посвященный молодому Дмитрию Дмитриевичу Шостаковичу, встречу драматургов с Владимиром Ивановичем Немировичем-Данченко. Мероприятия, организуемые им, всегда были продуманы до мелочей, Ария Давидовича ценили. Всеволод Эмильевич Мейерхольд даже предложил ему место администратора в театре, но Ротницкий не согласился, мотивируя отказ тем, что не привык прыгать с места на место, и остался работать в МОДПИКе. При делении этой организации на Союз композиторов и Драмсоюз (Союз драматургов), который стал Всероскомдрамом, Арий Давидович остался во второй организации, которая позже была переименована в Автономную секцию драматургов при Оргкомитете Союза советских писателей[3].

Союз писателей СССР

В 1934 году планировалось проведение Первого съезда советских писателей. За два года до намеченной даты был создан Оргкомитет Союза писателей по его подготовке. Ротницкий вошёл в его состав как ответственный исполнитель. В 1934 году ему было выдано удостоверение, которое гласило: «Оргкомитет Союза писателей СССР в целях своевременной подготовки обслуживания делегатов Первого съезда советских писателей во время съезда в сфере культурного обслуживания поручает ответственному исполнителю товарищу Ротницкому Арию Давидовичу вести переговоры и входить в соглашение с государственными театрами, издательствами и газетами и т. д. Оргкомитет, учитывая важность и громадное значение предстоящего съезда, просит предоставить всевозможные удобства и льготы для делегатов Всесоюзного съезда советских писателей. Управ делами Дашкевич»[3].

Первый съезд советских писателей проходил в Колонном зале Дома Союзов с 15 августа по 1 сентября 1934 года. Его открытие неожиданно привлекло огромное внимание населения. Перед Домом Союзов и по прилегающей улице всё было забито народом, стремившимся пробиться в здание. Чтобы дать возможность пройти делегатам, пришлось вызывать наряды милиции.

Главная задача Ротницкого во время съезда, по его словам, заключалась в том, чтобы внимательно за всем наблюдать: «чтобы всё, что отпускается писателям, попадало в котел, и чтоб их кормили хорошо, чтобы считались с их вкусами, чтоб выполняли их заказы, …чтобы не кормили посторонних». Пропуск, который был у Ария Давидовича назывался «везде», это означало, что его обладатель может ходить, где угодно.

Если случались недоразумения — он их улаживал. Чтобы не было недовольных — шёл всем навстречу. Так, если писатель не получил талоны на питание в Оргкомитете, и его по этой причине не хотели кормить, то Ротницкий брал всю ответственность на себя и разрешал. Ни одной жалобы не было за все 14 дней съезда.

У Ария Давидовича было много встреч с писателями, особенно, представителями союзных республик. Среди них: Садриддин Айни, Кави Гибятович Наджми, Гамзат Цадаса (отец Расула Гамзатова), Шалва Николаевич Дадиани, Тициан Юстинович Табидзе, Паоло Джибраэлович Яшвили и др. Он принимал их как радушный хозяин. Ротницкий вспоминал[3]:

Я их встречал, усаживал, беседовал с каждым, на разные темы, никакого отношения к столовой не имеющие, то есть к питанию. Находил какую-нибудь тему с каждым. Они были довольны моей работой, потому что с какой бы просьбой они ко мне ни обращались, я всегда всё для них делал. Мы подружились и уже расставались как родные, на прощание мне говорили: «У вас есть пропуск во все республики»Арий Ротницкий

Максим Горький на Первом съезде советских писателей, 1934 год

У Ария Давидовича на память об этих встречах остались два альбома с автографами самых известных писателей страны Советов, насчитывавшие более 140 записей. Писатели говорили ему на прощание, что с вашим альбомом можно путешествовать по всему СССР, везде вас примут как дорогого гостя. За организацию питания делегатов восточных республик Арий Давидович получил благодарность лично от Максима Горького, председателя Первого съезда советских писателей[3].

Горький вызвал меня к себе… «Вы просили, Алексей Максимович, зайти?» — «Это вы — Давидович?» — «Да». — «Спасибо вам». Я был в недоумении: в чем дело? Я говорю: «Я очень рад, но я не знаю за что». — «А вот за что. Вот у меня были делегаты из восточных республик. Я у них спрашиваю: как вас здесь принимают, как вы здесь себя чувствуете? Они говорят: «Один из серьезных у нас вопросов был тот, что мы кухней русской не можем питаться. Мы обратились к уполномоченному Союза Арию Давидовичу Ротницкому. Он для нас всё сделал, как мы просили. Мы теперь себя чувствуем очень хорошо, и нас этот вопрос уже не беспокоит, и всё». Вот вы это сделали. За это вам спасибо. Нам очень важно, чтоб все на съезде чувствовали себя хорошо, в особенности делегаты из восточных провинций».Арий Ротницкий

Литературный фонд СССР

На Первом съезде советских писателей было объявлено о создании Литературного фонда СССР, который должен был существовать на отчисления от авторских гонораров. Одним из его организаторов стал Арий Давидович Ротницкий. Сначала он был назначен ответственным исполнителем, а затем заведующим отделом социально-бытового обслуживания Литфонда.

Его сотрудники организовывали медицинскую помощь для своих членов сначала совместно с театром Красной Армии, а потом подготовили к открытию в подвальном помещении в Лаврушинском переулке свою поликлинику.

Сразу после съезда стали строить целый городок для писателей в Переделкино. Открывались Дома творчества, был приведен в порядок дом Серафимо́вича, завещанный им товарищам по перу. Арий Давидович наблюдал за строительством, занимался снабжением, в его ведении были гаражи и машины.

Во время Великой Отечественной войны Ротницкий организовывал эвакуацию писателей и членов их семей, а в эвакуации обслуживал их как уполномоченное лицо. В это время он пережил личную трагедию — потерял двоих младших детей[3].

Работа по созданию некрополя писателей

В Союзе писателей никто не занимался вопросами поддержания писательских надгробий в надлежащем состоянии. Писателя хоронили и о его могиле забывали. С прахом Эдуарда Багрицкого случилась такая история. В 1934 году он умер, хоронил его Союз писателей. Когда пришло время отмечать годовщину смерти Багрицкого, выяснилось, что никто не знает, где же он похоронен. Было только известно, что его кремировали. Арий Давидович занялся поисками. Он поднял документы в крематории и выяснил, что прах поэта, как невостребованный, был похоронен в общей могиле. Благодаря опознавательным знакам на капсуле и знакомству с директором, урна с прахом Эдуарда Багрицкого была изъята и захоронена на Новодевичьем кладбище.

Константин Федин, фото 1949 года

Константин Федин, который был одним из членов правления, а потом председателем правления Литфонда, считал, что нельзя быть людьми, не помнящими родства, и нужно бережно сохранять надгробия умерших писателей, а, для начала, произвести их учёт. По словам Ротницкого, к 1936 году на эти статьи пошли небольшие ассигнования. Именно Арию Давидовичу было поручено взяться за установку памятников и составить некрополь умерших писателей. Ещё до войны был сделан первый некрополь — список мест, где находятся могилы, с полным описанием памятников и подробным их месторасположением. Розыски проходили с большим трудом. Некоторые памятники искали годами, в особенности, на Ваганьковском кладбище. Там все было ужасно перепутано.

В окончательном варианте некрополя было описано 18 кладбищ в Москве и Подмосковье. За найденными могилами Арий Давидович обеспечил должный уход.

Сразу же после организации Литфонда похороны умерших писателей передали в ведение этого учреждения. Ария Давидовича попросили заняться этим вопросом один раз, в порядке исключения. "Когда я организовал эти похороны, пришло в Литфонд громадное письмо с благодарностью. Родные были очень довольны… И дальше уж меня не отпускали. Как что-нибудь, говорят: «У вас очень хорошо получается». Родственники умерших были уверены, что Ротницкий сделает все как надо. И все, кому он помог в трагические дни после потери близких, надолго сохраняли благодарность ему[3].

Я, конечно, подходил по-человечески к этому вопросу, ведь это всё были мои друзья, в конце концов… И когда я приходил в дом, мне бросались на шею, как к своему родному, и плакали, потому что считали меня своим человеком везде… Когда я появлялся, все успокаивались.Арий Ротницкий

Ротницкий вместе с Моссоветом занимался разработкой похоронного церемониала: «Я придумывал …и гражданские панихиды, и почетные караулы, и повязки, и портреты… Я тоже участвовал в Моссовете, все время вырабатывали что-то новое, улучшали всякие… чтоб с духовенством бороться. Духовенство указывало, что плохо хоронят, а мы показываем, что мы можем хорошо хоронить».

К работе над памятниками умершим писателям привлекались известные скульпторы, среди которых были Матвей Генрихович Манизер, Саул Львович Рабинович, Сергей Дмитриевич Шапошников, Владимир Ефимович Цигаль, Сергей Тимофеевич Конёнков, Александр Павлович Кибальников и др. Арий Давидович сотрудничал с ними, зная хорошо покойных, подсказывал наиболее удачный ракурс или позу для скульптуры. Ротницкий вспоминал о том, что все памятники, над которым работал он, всегда получались удачными.

Александр Александрович Фадеев (1940 год)

«Похоронное бюро» — так с доброй иронией иногда называли Ротницкого. Говорили, что он хоронил самого Льва Толстого. Арий Давидович относился к своей работе самозабвенно. Константин Ваншенкин говорил о нём, как о человеке «необычайных связей, знаний и умений в мире кладбищ, моргов, катафалков, мастерских по изготовлению надгробий» и вспоминал курьёзный случай:

Фадеев при мне рассказывал на секретариате, как к нему явился Арий Давидович и взволнованно сообщил, что ему удалось выбить несколько прекрасных мест на Ваганьковском, но чтобы их не перехватили, было бы неплохо побыстрее их занять.

— Своими людьми, — хохотал Фадеев, характерно закидывая голову.

Фадеев был ещё молод. Арий Давидович позволял себе пошутить:

— Вот похороню Александра Александровича, это будет моя лебединая песня.

Увы, после Фадеева он проводил ещё многих».

По рассказам знавших его, Ротницкий был начисто лишён чувства юмора, зато был объектом неисчислимых шуток. Например, Михаил Аркадьевич Светлов, называвший его Колумбарием Давыдычем, однажды сказал: «Каждый из нас споёт арию Давыдыча»[14].

Говорили, что он подходил к только что принятым в Союз писателей, прикидывал размеры всех московских авторов, а то и беззастенчиво измерял его вершками. Данные он вносил в записную книжку, где можно было найти размеры всех московских писателей. В действительности, это была просто шутка, поскольку Ротницкий был очень деликатным и чутким человеком. Он утешал умирающих, скрупулёзно исполнял пожелания родственников покойного, хотя это было весьма нелегко[5].

Арий Давидович, принадлежавший по своей натуре к тем людям, для которых деятельность на благо и пользу другим была жизненной необходимостью, сорок лет отдал Союзу писателей, организуя и облегчая быт писателей, провожая в последний путь, увековечивая их в фундаментальных памятниках.

Он умер 9 сентября 1982 года в возрасте 97 лет в Москве, в комнате коммунальной квартиры, доставшейся ему от второй жены. Ему часто задавали вопрос: как же так случилось, что за свой многолетний и добросовестный труд Вы не смогли получить для себя нормального жилья?

Арий Давидович отвечал: «У меня трагедия была такая, что все меня просили, а я никого не мог просить, мне не хватало никогда духа что-нибудь попросить для себя».

Арий Давидович Ротницкий похоронен в Москве на Востряковском кладбище вместе с жёнами: Цилией (Любовью) Моисеевной Ротнер-Глейзер (на памятнике — Глейзер-Ротницкая) и Анной Львовной Ротницкой (на памятнике написано Ратницкая). Местонахождение могилы: квадрат 39-2, ряд 7, ограда/участок 521[5].

Семья

Арий Ротницкий женился 7 июня 1909 года в возрасте 24 лет на Иде Абрамовне Мовшович. У них родилось трое детей: сыновья Марк (1910) и Стасик (20 февраля (3 марта) 1912 года), и дочь Аделина (1 декабря 1915 года). Ида Абрамовна, врач-окулист по образованию, не работала, занималась воспитанием детей. Во время Гражданской войны, когда семья проживала в Туле, она была мобилизована и работала врачом в госпитале на территории сахарного завода, где заразилась сыпным тифом. Лечилась дома, ей удалось справиться с болезнью. Но ослабленный организм, недостаток питания привели к заболеванию легких, как результат — туберкулез. Лечение ни в Туле, ни в Москве не дало положительных результатов, она умерла в 1930 году, похоронена на еврейском кладбище в Туле. Ротницкий остался с тремя детьми на руках, младшие Стасик и Аделина, проживавшие в Туле с матерью, заразились туберкулёзом.

В 1932 году Арий Давидович женился снова, его женой стала Цилия (Любовь) Моисеевна Глезер (1886 — 1957). Она — тоже доктор, помогала Ротницкому с лечением детей. Молодому организму Станислава удалось приглушить болезнь. В 1941 году он, преподаватель института химического машиностроения, готовил к защите научную работу. При приближении фашистов к Москве институт эвакуировали в Чарджоу (Туркмения), где Станислав переболел тифом и умер от возвратного тифа в 1942 году, оставив жену и сына Георгия.

Дочь Ротницкого Аделина закончила текстильный институт. Болезнь долго не давала о себе знать. Она вышла замуж, родила дочь, но послеродовая прививка обострила её болезнь. Аделина умерла в Москве 30 сентября 1941 года, оставив четырёхлетнюю дочь. Старший сын Марк в 1927 году поступил в Высшее техническое училище, после жил в Чистополе (Татарстан). В период Великой Отечественной войны вместе со своей семьей: женой, дочерью и сыном, и племянницей от умершей сестры, был эвакуирован в Новосибирск, где и погиб в середине 1940-х годов.

Третьей женой Ротницкого стала Анна Львовна Ротницкая (1898 — 1992), после женитьбы на ней он ушёл на пенсию. Анна Львовна работала корректором и помогала ему растить внуков. В 1975 году у него было пятеро внуков[5].

Награды и звания

Примечания

  1. 1,0 1,1 1,2 1,3 Жизнь в служении людям: родом из Заречья // За чистое Заречье : газета. — 2009. — № 10. — С. 2.
  2. Тульский биографический словарь / Ошевский О. Д.. — Тула: «Пересвет», 1996. — Т. 2. — С. 143. — 351 с. — ISBN S-86714-043-1.
  3. 3,00 3,01 3,02 3,03 3,04 3,05 3,06 3,07 3,08 3,09 3,10 3,11 3,12 3,13 3,14 Сергеева Г. Р. Арий Давидович Ротницкий: неизвестные страницы из первых уст // Тульский краеведческий альманах : журнал. — Тула: Тульский полиграфист, 2011. — Вып. №8. — С. 135—145. — ISBN 978-5-88422-450-6.
  4. 4,0 4,1 4,2 4,3 4,4 Ходулин В. Г. Пешком в усадьбу классика: Арий Давыдович Ротницкий (1885 —1984) // Ходулин В. Г. По призванью – туляки : популярные очерки о тех, кому город обязан своей славой : сборник. — Тула: Гриф и К, 2006. — С. 155—160. — ISBN 5-8125-0851-8.
  5. 5,0 5,1 5,2 5,3 5,4 5,5 5,6 5,7 5,8 5,9 Сергеева Г. Р. Тульская легенда века — Ротницкие // Тени старинного кладбища — Тульские некрополи : сборник / Майоров М. В. — Тула: "Борус-принт", 2015. — С. 258—273. — ISBN 978-5-905154-19-5.
  6. 6,0 6,1 6,2 6,3 6,4 6,5 6,6 6,7 Зарудская И. К. Первая детская библиотека города Тулы: (К 100-летию со дня основания) // Тульский краеведческий альманах : журнал. — Тула: «Инфра», 2008. — Вып. №6. — С. 72—80. — ISBN 978-5-93869-117-9.
  7. 7,0 7,1 Зарудская, И. К. У её истоков стоял Лев Толстой // Библиотека : журнал. — 1999. — № 12. — С. 81—82. — ISSN 0869-4915.
  8. 8,0 8,1 8,2 8,3 8,4 Апарин, Ю. В. Воспитатель тульской детворы. Арий Давыдович Ротницкий (1885-1984) // Гордость земли Тульской : сборник. — Тула: Приокское книжное издательство, 1991. — Т. 2. — С. 347—351. — ISBN 5-7639-0324-2.
  9. Сергеенко, А. Дети тульских рабочих в гостях у Л.Н.Толстого // Сад Толстого : сборник. — 1987. — С. 23 – 37.
  10. 10,0 10,1 Памятная книжка Тульской губернии. — Тула: Типография губернского правления, 1913. — С. 111. — 130 с.
  11. Теоретические основы становления дошкольных учреждений. Новая педагогика. Дата обращения: 29 августа 2023.
  12. Становление и развитие советской ситемы общественного дошкольного воспитания в 1917 — 1920 годах // История педагогики : сборник / Шабаева М.. — Москва: Просвещение, 1981.
  13. Пирогова Г. Основатель детской библиотеки // Тула вечерняя. — 1999. — 15 апреля. — С. 13.
  14. Камянов Б. Из будущей книги // Иерусалимский журнал : журнал. — 2011. — № 38.
  15. Указ Президиума Верховного Совета СССР от 28 октября 1967 года № 2061—VII «О награждении орденами и медалями СССР деятелей советской литературы». Дата обращения: 31 марта 2022.