Эллочка-людоедка

В Знание.Вики есть статьи о других людях с фамилией Щукина.
Эллочка-людоедка (Елена Щукина)
«Двенадцать стульев », постановка 2017 года, московские гастроли на сцене Театрального центра «На Страстном»«Двенадцать стульев », постановка 2017 года, московские гастроли на сцене Театрального центра «На Страстном»
Создатель Илья Ильф и Евгений Петров
Произведения «Двенадцать стульев»
Пол женский
Возраст 20—25 лет
Семья Эрнест Павлович Щукин (муж)
Дети нет
Род занятий домохозяйка
Роль исполняет Наталья Воробьёва, Елена Шанина, Алиса Фрейндлих, Наталья Бузько, Анжелика Варум
русская
Москва, Варсонофьевский переулок

Э́ллочка-людое́дка (полное имя — Елена Щукина) — один из самых ярких и узнаваемых сатирических персонажей русской литературы XX века, созданный соавторами Ильёй Ильфом и Евгением Петровым в романе «Двенадцать стульев» (1928). Образ молодой москвички эпохи НЭПа, чей крайне ограниченный словарный запас (всего 30 слов) стал символом мещанства, духовной бедности и «вещизма», порождённого зарождающимся обществом потребления. Имя нарицательное для человека с примитивной, клишированной речью и узким кругозором[1].

Создание персонажа и литературный контекст

Персонаж «людоедки Эллочки» появляется в XXIV главе второй части романа, но её образ стал кульминацией сатирического изображения «новых советских мещан», которое красной нитью проходит через всё произведение. 1920-е годы в СССР, период НЭПа, характеризовались сложным переплетением революционной романтики и быстрого роста нового бюрократического и мещанского сословия, стремящегося к материальному благополучию и подражанию западным образцам. Эллочка является художественным концентратом этого социального типа[2].

Прообразом словарного списка Эллочки, по свидетельствам современников, стали шуточные языковые «скетчи» писателя Юрия Олеши. Лев Славин в воспоминаниях отмечал, что «зародыш словаря Эллочки-людоедки… впервые возник в одном из импровизированных застольных скетчей Олеши». Ильф Арнольдович и Евгений Петров развили эту шутку, доведя её до гротеска и вписав в социально-психологический портрет. Многие выражения из списка были подмечены авторами в реальной речи современников[3].

Введение в текст знаменитого сравнения — «Словарь Вильяма Шекспира составляет 12 000 слов. Словарь негра из людоедского племени Мумбо-Юмбо составляет 300 слов. Эллочка Щукина легко и свободно обходилась тридцатью» — является блестящим сатирическим приёмом. Оно не только создаёт комический эффект, но и выстраивает иерархию: великая культура (Шекспир), «первобытная» культура (африканское племя) и антикультура (Эллочка). При этом авторы пародируют патетическую фразу Ивана Сергеевича Тургенева о «великом, могучем, правдивом и свободном русском языке», превращая её в «великий, многословный и могучий русский язык», из которого героиня «придирчиво выбирает» свои тридцать слов[4].

Характеристика и образ в романе

Эллочка Щукина — жена инженера завода «Электролюстра» Эрнеста Павловича, получающего солидную по тем временам зарплату. Это позволяет ей вести беззаботную жизнь, всецело посвящённую потреблению и соревнованию с недосягаемым идеалом — дочерью американского миллионера Вандербильда. Её жизненная философия сводится к нескончаемой «войне» за обладание модными вещами[1][5].

Внешность и манера поведения. Авторы наделяют Эллочку привлекательной внешностью: «приятный лоб», «большие влажные глаза», «милейший в Московской губернии носик», маленький рост, который «льстил мужчинам». Однако эта миловидность контрастирует с внутренней пустотой. Её поступками руководит не чувство или мысль, а следование журнальным трендам: она обрезает свою знаменитую косу, потому что «теперь носят короткие волосы», и красится в рыжий цвет. Её общение — это набор заранее заданных реакций, а не живой диалог[1].

«Война с Вандербильдихой»[6]. Этот мотив является ключевым для понимания характера Эллочки. Она вырезает из журналов фотографии «Вандербильдихи» и, сравнивая свой гардероб с её нарядами, впадает в отчаяние. Эта «война» — трагифарсовая иллюстрация комплекса неполноценности и абсурдности мещанских устремлений в условиях советской действительности 20-х годов. Персонаж борется не за социальную справедливость или творческую реализацию, а за право обладать такой же сумочкой или браслетом, как у заокеанской наследницы[7].

Семейные отношения. Брак Эллочки и инженера Щукина — типичный союз «содержанки» и «добытчика». Муж является для неё лишь источником финансирования её «войны». Конфликт из-за перерасхода средств приводит к его временному уходу из дома. В их отношениях полностью отсутствует духовная связь, они функциональны и построены на материальной зависимости[1].

Знаменитый словарь: лингвистический анализ

Приведённый в романе список из 17 пунктов (при заявленных 30) представляет собой тщательно структурированную модель примитивной речевой деятельности. Категории слов[1]:

  • агрессивно-запретительные: «Хамите», «Не учите меня жить» (эти фразы служат для защиты своего микромира от любого внешнего воздействия, совета или критики;
  • эмоционально-оценочные междометия: «Хо-хо!», «Ого!», «Подумаешь!», они универсальны и заменяют весь спектр эмоций от восторга до презрения, что указывает на неспособность к дифференцированным чувствам;
  • штампованные оценочные прилагательные: «Знаменито», «Мрачный», «Жуть» (жуткий), слово «мрачный» применяется ко всему — от погоды до кота, демонстрируя крайнюю степень языковой лени и неразвитости абстрактного мышления;
  • социальные клише: «Парниша» (ко всем мужчинам), «У вас вся спина белая» (избитая шутка), «Поедем на извозчике/таксо», эти формулы имитируют социальное взаимодействие, оставаясь полностью ритуализированными;
  • ласкательные суффиксы: «Уля» (Мишуля, Зинуля), создают иллюзию близости и эмоциональности, маскируя фактическое равнодушие;
  • лингвистический феномен. Филологи отмечают, что язык Эллочки — это язык вторичной архаизации. Если первобытный человек использовал мало слов из-за неразвитости понятийного аппарата, то Эллочка, имея доступ к богатству языка, сознательно (или в силу интеллектуальной инертности) редуцирует его до набора готовых ярлыков. Её речь синкретична — одно слово или фраза призваны выражать множество разнородных смыслов. Это признак не богатства, а крайней бедности языковой личности[8].

Социально-культурная интерпретация и актуальность

Образ Эллочки-людоедки давно перерос рамки литературной сатиры 20-х годов и стал универсальным социокультурным типом[1][9].

  • Первопроходец общества потребления. Эллочка — один из первых в мировой литературе законченных портретов homo consumers (человека потребляющего) ещё до того, как это явление было осмыслено философами Франкфуртской школы. Её идентичность полностью определяется вещами и журнальными картинками. Она предвосхищает героев эпохи позднего капитализма, чья жизнь сводится к шопингу и созданию образа через бренды[10].
  • Феномен «клипового мышления». Её словарь из 30 слов — идеальная метафора для современного «клипового мышления», при котором глубокое, аналитическое восприятие мира заменяется скольжением по поверхности готовых образов и слоганов. Социальные сети с их ограничением на длину сообщения, эмодзи и мемы как универсальные реакции — прямое продолжение эллочкиного «хо-хо!» и «ого!»[11].
  • Гендерный стереотип и его критика. На поверхностный взгляд, Эллочка воплощает сексистский стереотип о пустой, меркантильной и недалёкой женщине. Однако внимательное прочтение показывает, что сатира авторов направлена не на женщин как таковых, а на мещанство как социальную болезнь, которая может поразить любой пол. Мужские персонажи романа (Киса Воробьянинов, отец Фёдор) показаны не менее ограниченными и смешными. Эллочка — жертва не своего пола, а среды, лишённой духовных ориентиров[12].
  • Вечный образ в меняющемся мире. Исследователи отмечают удивительную жизнеспособность типажа. Если в 1920-е её прототипом была «нэпманская модница», то в 1970-е — «советская женщина, гоняющаяся за дефицитом»; в 1990-е — «новорусская блондинка»; а в 2020-е — «инфлюенсерша в Instagram», чья жизнь — это демонстрация люксовых покупок и поиск идеального ракурса[13].

Воплощения в кино и культурной памяти

  • Каждая экранизация романа предлагает свою трактовку образа, что свидетельствует о его многогранности[14].

Литература

  • Щеглов Ю. К. Романы Ильфа и Петрова. Спутник читателя. — СПб.: Издательство Ивана Лимбаха, 2009. — С. 340—375. — ISBN 978-5-89059-132-7.
  • Яновская Л. Почему вы пишете смешно? Об И. Ильфе и Е. Петрове, их жизни и их юморе. — М.: Наука, 1969. — С. 95—112.

Примечания

  1. ↑ 1,0 1,1 1,2 1,3 1,4 1,5 Ильф И., Петров Е. Собрание сочинений в пяти томах Том 1 (1961). Двенадцать стульев. — М.: ГИХЛ, 1961. — С. 245—260. — 571 с.
  2. ↑ Фицпатрик Ш. Повседневный сталинизм. Социальная история Советской России в 30-е годы: город. — 2-е изд. — М.: РОССПЭН, 2008. — С. 78—85. — 336 с. — ISBN 978-5-8243-1009-2.
  3. ↑ Славин Л. И. Воспоминания о Ю. Олеше. — М.: Советский писатель, 1975. — С. 67. — 315 с.
  4. ↑ Соколова Н. В. Роль просодических средств в выражении высшей степени признака // Полилингвиальность и транскультурные практики : журнал. — 2011. — № 1. — P. 31—37.
  5. ↑ Сарханянц К. Малограмотный миллионер. АО «Коммерсантъ» (1 июня 2024). Дата обращения: 3 января 2026.
  6. ↑ Под «Вандербильдихой» в романе подразумевается собирательный образ наследниц американского промышленного магната Корнелиуса Вандербильта (1794-1877)
  7. ↑ Saul McLeod; Olivia Guy-Evans; Riley Hoffman. Alfred Adler’s Theory of Individual Psychology and Personality (англ.). Simply Psychology (24 января 2024). Дата обращения: 4 января 2026.
  8. ↑ 8,0 8,1 Сорокина Л. П. Языковые интервенции как причины снижения грамотности у молодёжи // Наука, образование и культура : журнал. — 2018. — № 3 (27). — P. 27—29.
  9. ↑ Грекова А. И. Эллочка Людоедка и Эрнест Павлович Щукин: двое или шестеро? // VII Всероссийская конференция «Молодёжь и наука», Секция «Актуальные проблемы лингвистики и межкультурной коммуникации» : конференция. — 2011. Архивировано 2 июня 2023 года.
  10. ↑ Baudrillard J. The consumer society : myths and structures (англ.). — London: Sage Publications Ltd, 1998. — P. 112—130. — 224 p. — ISBN 5-250-01894-7.
  11. ↑ Купчинская М. А., Юдалевич Н. В. Клиповое мышление как феномен современного общества // Бизнес-образование в экономике знаний. — КиберЛенинка, 2019. — № 3 (14). — P. 66—71.
  12. ↑ Мансурова А. А., Ибрагимова П. А. Гендерные стереотипы и сексизм в социальных медиа // Международный научно-исследовательский журнал : журнал. — КиберЛенинка, 2017. — № 4—2 (58). — P. 59—61.
  13. ↑ Эллочка людоедка. В профиль. Российская государственная библиотека для молодёжи. Дата обращения: 3 января 2026.
  14. ↑ Николаев Г. А. Сленг Эллочки-Людоедки,или Эллочка говорит... по-немецки Лингвистическое эссе // Казанский университет : Сборник трудов. — 2016-03-05. Архивировано 5 марта 2016 года.
  15. ↑ Алиса Фрейндлих. kino-teatr.ru. Дата обращения: 4 января 2026.
  16. ↑ Наталья Воробьёва: биография, фильмография. Кино-Театр.Ру. Дата обращения: 4 января 2026.
  17. ↑ Елена Шанина. kino-teatr.ru. Дата обращения: 3 января 2026.
  18. ↑ Наталья Бузько. kino-teatr.ru. Дата обращения: 4 января 2026.
  19. ↑ Анжелика Варум. kino-teatr.ru. Дата обращения: 3 января 2026.
  20. ↑ Почтарук А. В Харькове снесли памятник героям «Двенадцати стульев». Газета.Ru (12 апреля 2024). Дата обращения: 3 января 2026.

Ссылки

Источник — https://znanierussia.ru/articles/index.php?title=Эллочка-людоедка&oldid=2166199