Эвакуационный госпиталь № 1726 города Шадринска

Материал из «Знание.Вики»

Эвакуационный госпиталь № 1726 города Шадринска — военно-медицинское лечебное учреждение, созданное во время Великой Отечественной войны для оказания специализированной медицинской помощи раненым и больным и для подготовки к эвакуации в тыл страны нуждающихся в длительном лечении.

По постановлению СНК СССР и приказу Наркомата здравоохранения СССР от 7 и 9 июля 1941 года для нужд фронта в Челябинской области (до 6 февраля 1943 года Шадринск входил в состав Челябинской области) было организовано 90 эвакогоспиталей. И в Шадринске с 1941 по 1944 годы функционировало два медицинских пункта подобного типа — № 1726 и № 3108.

История создания

Шадринск, Курганская область. Здание эвакогоспиталя № 1726 (ныне здание Шадринского государственного педагогического университета)

С 1937 года началась подготовка эвакогоспиталя № 1726. В здании педагогического училища планировалось наладить водоснабжение, а именно устройство водогрейных приборов из расчета 2000 литров горячей воды ежедневно, установка двух баков емкостью в 240 ведер каждый и насоса для подачи воды, установка двух ванн и смесителей и двух душей. Кроме этого, в феврале 1938 года вышел приказ Главного Автотранспортного управления Наркомхоза РСФСР об изменениях в изготовлениях автобусных кузовов для условий военного времени. «Модернизация» автобусного кузова заключалась в том, что торцовые двери в нём должны располагаться в задней стенке кузова в целях использования автобусов для санитарных целей. Данная установка распространялась и на челябинские автохозяйства, на Шадринск в том числе.

В годы Великой Отечественной войны на территории Курганской области действовало 17 эвакогоспиталей. Уже в первые месяцы войны стали поступать раненые. Эвакогоспитали располагались в городах Кургане и Шадринске, а также в сельских районах области. Под размещение эвакогоспиталей были отданы все существующие курорты, дома отдыха, часть больниц и школ, расположенных вблизи железнодорожных линий[1]. С 1 июля 1941 года Челябинский отдел здравоохранения направил следующее сообщение заведующему Шадринским горздравотделом: «Немедленно приступить к оборудованию и оснащению помещений, отведенных и приспособленных для эвакогоспиталей. К установленному сроку но не позднее 05.07.1941 телеграфно донести Облздравотделу и Облисполкому о полной готовности» . Благодаря тому, что в Шадринске обустройство эвакогоспиталя началось ещё в 1937 году, уже 6 июля 1941 года военно-медицинское учреждение № 1726 считалось сформированным и готовым к приёму раненых[2].

На станцию в Шадринска прибывали санитарные поезда. У санитарок возникала проблема с выгрузкой раненых, так как вагоны были для этого не приспособлены. До распределения по госпиталям раненных размещали в сортировочном отделение в здании школы, находящейся не далеко от вокзала (ныне на этом месте размещена школа № 2)[3]. Первые раненные поступившие в госпиталь, были после боёв на Украине. Раненые доставлялись в основном, не обработанные, тяжёлые, обычно с кровотечениями. В сортировочном отделение — врачи определяли, в какое отделение направить того или иного раненого. С ранениями в бедро, голень поступали в первое отделение; с черепно-мозговыми травмами — во второе, нейрохирургическое; с ранениями в плечо — в третье, легкораненые — в седьмое. Последние поправлялись быстро, у них проводились занятия по военной подготовке и все они потом возвращались на фронт. С более серьёзными ранениями люди иногда лежали подолгу[4].

Первое, второе, третье и пятое отделения госпиталя были расположены в здании школы № 9 по улице Карла Либкнехта, 3 (сейчас это главный корпус Шадринского государственного педагогического университета), четвёртое отделение — в здании учительского института по улице Коммуны, 70 (сейчас это здание школы № 10); шестое и седьмое отделения — в здании детсада № 6 (ул. Ленина). В госпитале № 1726 насчитывалось тысяча коек для раненых, это был самый крупный госпиталь в Зауралье[5]. Он подчинялся эвакопункту № 96 в Челябинске. Ежедневно туда передавалась информация о положении дел в госпитале, её передавали шифром, телеграммой, которую проверял контрразведчик. Он же присутствовал при приёме раненных[6].

По итогу лечения созывалась врачебно-контрольная комиссия, которая определяла судьбу лечившихся в госпитале при выписке. Раненных либо возвращали в строй, либо признавали не годными к строевой на 6-12 месяцев, либо годными к нестроевой службе. В состав комиссии входили: терапевт, хирург, невропатолог. В данном госпитале в состав комиссии входили терапевты: О. М. Шестакова, А. С. Окулова, М. В. Михалева; хирурги: Н. В. Рысь, Т. А. Пухтинская; невропатологи: Г. Т. Колмогоров, Р. С. Минц[6].

Камышлов, Свердловская область, Здание бывшего духовного училища, в котором размещался госпиталь № 1726).

В августе 1943 года госпиталь был переведён в Камышлов Свердловской области и переименован в № 1727 , затем был переведён в Тулу. 6 февраля 1944 года из Тулы он был направлен в Новобелицы, 13 мая прибыл в местечко Лучины Житомирской области, 8 сентября в Седлец, закончил свой боевой путь в Познань[6][7].

Медицинский персонал

Подготовка медперсонала для эвакуационных госпиталей проходила как с отрывом от основного места работы, так и непосредственно в самом госпитале. С 20 сентября 1941 года при челябинской фельдшерско — акушерской школе были организованы курсы подготовки дезинструкторов, с отрывом производства продолжительностью 6 месяцев. На курсы принимались мужчины и женщины не моложе 17 лет, окончившие 7 классов или 4 класса начальной школы, со стажем дезинфектора 2-3 года. Командируемые на курсы обеспечивались стипендией в 140 рублей и общежитием с предоставлением кровати и матраса. За ними сохранялась место работы и заработная плата[2].

18 марта 1942 года вышел приказ по шадринскому горздравотделу и головному госпиталю № 1726 о хирургической подготовке медицинского персонала не хирургических специальностей. С 20 марта 1942 года необходимо было приступить к организации на базе эвакогоспиталя путоромесячных курсов. Программа курсов состояла из 40 часов теоретических и 80 часов практических занятий. Курсы проводились по 3 часа в день без отрыва от производства[3].

В 1940 году формируются списки личного состава госпиталя. Возникла проблема размещения иногородних специалистов. В связи с этим шадринский райздравотдел сделал запрос на имя начальника мобсектора Челябоблздравотдела на изменения в личном штабе в пользу местных жителей. Особое внимание заострялось на медсестрах, ибо, как считали в шадринском райздравотделе, для выполнения такого рода работ не требуется более глубоких специальных знаний. В 1942 году в госпитале работало 19 врачей, 86 человек среднего медицинского потенциала, 97 человек младшего медицинского персонала, 87 человек административно-управленческого аппарата, 2 человека командования[6]. Работники госпиталя носили военную форму.

Начальником госпиталя был назначен капитан медицинской службы Григорий Тимофеевич Колмогоров, начальником первого хирургического отделения, где лежали тяжелобольные была Таисия Андреевна Шевелева; начальником второго отделения — Рахиль Семёновна Минц; третьего — Герман Тимофеевич Архангельский; четвёртого — Анна Степановна Окулова; пятого Антонина Васильевна Иловайская; шестого — Ольга Михайловна Шестерова; седьмого — Анна Захаровна Итигина. Ведущим хирургом был Николай Владимирович Рысь.

Список личного состава госпиталя

На сегодняшний день сохранился следующий список работников:

  • Непомнящий А. Ф. — военный комиссар.
  • политические руководители: Чекмарёв А. Ф., Сиднев С. М.
  • начальники отделений: Каверин И. Д. — начальник 1-го хирургического отделения, Абдрашитова М. Х. — начальник 2-го хирургического отделения, Метелева А. С. — начальник рентгеновского отделения.
  • медицинские сестры: Глухова З. Д., Ковальчук А. М.,Сметанина Е. И., Артамонова К. И., Кузнецова В. И., Веденеева Н. Г., Скрипина Г. Я.
  • палатные няни: Кузнецова Н. Г.,Семёнова А. И., Харина В. С. Дымшакова А. М. Радионова А. Е.
  • работники кухни: Вакушина А. Е. — повар-инструктор, Нестерова А. Д. — старший-повар, Кокорина М. М. — диетсестра, Павлова Т. Н., Руднова П. Н. , Ворошнина В. А., Исаева В. Я.
  • Шубина А. С. врач — стоматолог.
  • Богородский С. М. — хирург.
  • Шестакова О. М. — терапевт.
  • Михалева М. В. — начальник медицинской части.
  • Ваганова А. Н. — начальник аптеки.
  • Кузнецов Д. И. — инструктор санитарной дезактивации.
  • Никонова М. А. — заведующая библиотеки,
  • Соболевская В. Д. — заведующая делопроизводством.
  • Веденеева О. С. — машинистка[6].

Руководство госпиталя после отъезда из Шадринска

Сентябрь 1943 года — май 1944 года

  • Начальник — Майор медицинской службы А. А. Бакалейников
  • Начальник квартирно-эксплуатационной службы — лейтенант Якушев
  • замполит — капитан Терюшев
  • Главный хирург — майор Фатин
  • Начальник материально-технического обслуживания — капитан Карпенко

апрель 1945 года — июнь 1945 года

  • начальник — майор медицинской службы Грязнов

июнь 1945 года

  • начальник — майор медицинской службы Грязнов
  • начальник — подполковник медицинской службы Шлессберг
  • главный хирург — Фатин
  • главный хирург — подполковник Веселовский[6].

Работники госпиталя были награждены:

Орденом «Красной Звезды»:

Авдюшев Фёдор Петрович, санитар эвакогоспиталя № 1726.

Орденом «Знак Почёта»:

Колмогоров Григорий Тимофеевич, начальник эвакогоспиталя № 1726.

Медалью «За трудовую доблесть»:

Мехонцева Мария Константиновна, операционная сестра эвакогоспиталя № 1726[8].

Материальное обеспечение

Характеристика помещения

Краткая характеристика эвакогоспиталя № 1726 на 29 марта 1939 года показывает, что здание по ул. Карла Либкнехта, 3 включало в себя 400 койко-мест общей площадью в 1544,6 м², имелся водопровод и электрическое освещение, но была проблема с канализацией, к 1939 году осталась нерешённой, и на её устранение был выделен кредит на сумму 82047 рублей. Кредиты, которые выдавались Госбюджетом в 1939 году, были закрыты по распоряжению Госбанка, а челябинский Облздравотдел нес ответственность за содержание эвакогоспиталя № 1726. В 1941 году было выделено 40000 рублей. Из донесения о мобильной готовности на 5 июля 1941 года госпиталь был на 100 % укомплектован личным составом, имелась 1 легковая и 2 грузовых машины, а также 5 лошадей и 3 обоза. Из вооружения в собственности медучреждения имелось 8 винтовок и 14 револьверов. Госпиталь был расширен до 500 коек. Обнаружилась проблема с одеждой и постельным бельём — на складе находилось лишь 222 комплекта постельного белья, 98 комплектов тёплой одежды и 174 пары обуви[2] .

На первом этаже располагались: библиотека, красный уголок, амунишник, 3 палаты, перевязочная, зубной кабинет, начальник госпиталя, секретная часть, медсанчасть, хозчасть, кабинет начальника медицинских отделений, парикмахерская, ожидальная и раздевальная, коридор № 3, уборная на 6 очков и умывальник на 3 крана, душевая, ванная одевальная больных после санитарной обработки, бельевая, рентген, уборная и умывальная на пять кранов, ванная, коридор № 2.

На втором этаже располагалась: перевязочная, 12 палат вместе с дежурной палатой, предоперационная, операционная, коридоры № 7,8 уборная умывальник, ванная.

В подвале располагались: мойка, титан, кухня, разделочная, кладовая для продуктов, воздушные камеры № 1,2 , починочная мастерская, канцелярия госпиталя, водонапорное отделение и котельная.

В надворных постройках располагались: дезокамера, склад грязного белья, ледник.

Во дворе здания находились конюшня, сарай и погреб.

Корпус был рассчитан на 800 человек, но размещалось до 1500 человек[6].

Организация питания

Необходимо отметить, что госпитальный паёк находящихся на излечении бойцов Красной армии был значительно разнообразнее и по отдельным пунктам весомее, чем даже на передовой. Основу его составляли: хлеб — 600 г (пополам ржаной и пшеничный), мясо — 120, рыба — 50, масло коровье — 40, овощи — 735 грамм. В нормы суточного довольствия по госпитальному пайку входили также невиданные на фронте: молоко — 200 грамм, сметана — 50, творог — 25, фруктовый сок — 100 грамм. Для выздоравливающих бойцов и командиров суточная норма хлеба увеличивалась до 800 грамм: ржаного — 400 и пшеничного из муки первого сорта — 400. И в тыловых госпиталях раненых обычно кормили действительно близко к норме, хотя по военному времени недостаточно[9].

В конце 1942 года в госпитале № 1726 была проведена ревизия. В акте ревизии отмечено следующее: средства расходуются по прямому назначению. Кроме того, за 1942 год в госпиталь безвозмездно поступило: 3 коровы, 13 поросят, 52 кг пельменей, 42,2 кг табака, 674 кг сухарей, 44 кг печенья, 88 кг колбасы, 36,3 кг конфет, 300 кг масла, 180 кг пряников, 19,3 кг сахара, 35 кг холодца, 404,7 кг гороха, 198 литров молока, 2300 шт. яиц, 635 кг мяса, 2700 кг картофеля. У госпиталя было свое подсобное хозяйство — коровы, 16 голов свиней, 132 гектара картофеля, 2 гектара капусты, 7,5 гектаров овса, 60 % продуктов расходовались для питания раненных, 40 % для персонала[6].

В госпитале было три столовых, все они находились в ведение диетсестры М. М. Кокориной.

27 мая 1943 года Отмечая исключительно неудовлетворительное состояние с питанием больных в больницах городов и сел (несвоевременное выделение фондов, невыделение таких видов питания как мясо, жиры, сахар и т.д.), исполнительный комитет Курганского областного Совета депутатов трудящихся решает:

1. Установить минимальные нормы питания в больницах городов и сел на одного больного в месяц:
- мясо, рыба – 1,5 кг;
- жиры – 500 грамм;
- сахар и кондитерские изделия – 500 грамм;
- макаронные изделия и крупа – 1,5 кг;
- овощи – 7,5 кг.
2. Обязать облторготдел (тов. Капустина) и облпотребсоюз (тов. Федорова), начиная с 1 июня полностью и, безусловно, выделять фонды как за счет централизованных, так и, особенно, за счет местных ресурсов и обеспечивать их отовариванием по контингентам, представленным облздравотделом. […].

5. Обязать председателей райисполкомов и председателей райпотребсоюзов даваемые фонды для сельских больниц за счет местных природных ресурсов (улов рыбы из местных водоемов, обстрел дичи, выработка кондитерских изделий и т.д.) отваривать в первую очередь и своевременно.Из решения № 213 исполкома Курганского областного Совета депутатов трудящихся «Об улучшении питания контингента больных городских и сельских больниц»

По мнению медицинского регистратора госпиталя, № 1726 (г. Шадринск) Н. П. Сапон (Стариковой) «питание для раненых в госпитале было хорошее. Но только для раненых. Никто никогда не посмел их обидеть, взять от них пищу. Казалось бы, доктора наши могли и пообедать — по обязанности снимали пробу с пищи. Но более чем столовой ложки — как раз для пробы — они себе не могли позволить…». «Мы приходим, собираем все крошки от нарезного хлеба, нажмем их и пьем чай с ними, несладкий. Так по два раза в день мы пили чай. Есть же приходилось, и травяные котлеты, и суп из крапивы». «Меню составляли из тех продуктов, которыми мы располагали. После обеда пойдёшь, посмотришь, что у нас есть, и составляешь меню. Умудрялись делать котлеты из мороженой капусты — мало было продуктов». Для решения продовольственного вопроса при госпиталях создавали подсобные хозяйства[10].

Обеспечение топливом

Защита организма больного от неблагоприятных факторов внешней среды, в том числе поддержание комфортной температуры в период лечения — необходимое условие успешной медицинской реабилитации. Отопление санитарных вагонов, создание теплых прирельсовых приемников и запасов зимней обуви и одежды при перевозке раненых были предметом постоянной заботы руководства военно-санитарного управления. Основным типом военных лечебных учреждений в тылу стали эвакогоспитали, размещавшиеся в капитальных отапливаемых зданиях. Для их нормальной работы требовались целенаправленные усилия власти и общества по заготовке, транспортировке, распределению топлива для нужд военной медицины, обеспечению бесперебойного отопления помещений с ранеными. Гораздо более тяжёлая ситуация с обеспечением эвакогоспиталей топливом сложилась во время Великой Отечественной войны.

Первые мероприятия по развёртыванию эвакогоспиталей пришлись на июнь — начало июля 1941 года. В передаваемых госпиталям общественных зданиях совсем не имелось запасов дров или угля. Руководствуясь Постановлением СНК СССР от 26 мая 1939 года, в августе 1941 года Челябинский облисполком передал эвакогоспиталям лимиты на топливо занятых ими школ. Но эта мера имела мало практического смысла, так как в области проходила мобилизация рабочей силы и автотранспорта, а необходимое для коммунального хозяйства топливо предстояло заготавливать самостоятельно. Чтобы раненые не мерзли в холодных палатах, среди населения партийными организациями области был проведен сбор теплых вещей. Эвакогоспитали тратили топливо и в летние месяцы, например для подогрева воды, так как даже в крупнейших городах области отсутствовало централизованное горячее водоснабжение, нагрев холодной воды осуществлялся в эвакогоспиталях за счёт собственных котельных. Расход горячей воды в госпиталях, согласно нормам Наркомата коммунального хозяйства РСФСР, должен был составлять: на умывальники со смесителем — 40 л в час, на ванну — 360 л, на душ — 480 л. Раненые в госпиталях должны были мыться один раз в десять дней, также всех раненых в госпитале мыли в первый же день по прибытии.

Шадринский эвакогоспиталь № 1726 большую часть необходимого на зиму топлива заготовил в виде торфа (850 м³ дров и 3 тыс. т торфа), отопление торфом требовало больше усилий по перевозке. В сентябре 1941 года, когда из-за отсутствия горючего подвоз топлива не осуществлялся, второй секретарь Шадринского горкома ВКП(б) заявил, что «госпиталь без дров не оставят». В октябре 1942 года военный отдел Шадринского горкома ВКП(б) изучал вопрос о подготовке эвакогоспитале к зиме. К 10 октября 1942 года эвакогоспитали № 1726 и 3108 заготовили 7 тыс. м³ дров, из них 1259 м³ были вывезены городскими учреждениями (в госпиталях имелось пять автомобилей и семь лошадей). Кроме того, начальник эвакопункта обещал добиться получения для эвакогоспиталя № 1726 трехсот тонн угля[11].

Примечания

  1. Иванова С.А. Очерк истории эвакогоспиталя 3761 // V Зыряновские чтения: Материалы Всероссийской научно-практической конференции (Курган, 12 – 14 декабря 2007 г.). - Курган: Изд-во Курганского государственного университета.. — 2007. — С. С. 62 - 63..
  2. 2,0 2,1 2,2 Брюшков Ю. А. Формирование эвакогоспиталя №1726 в Г. Шадринске на базе Шадринского педучилища в 1937-1941 гг // XIV Зыряновские чтения : Материалы Всероссийской научно-практической конференции. — 2016. — С. 73—74.
  3. 3,0 3,1 Дегтярева И.С. Здравоохранение в г. Шадринске во время Великой Отечественной войны 1941 – 1945 гг. Дата обращения: 18 июня 2024.
  4. Воспоминания о работе в госпитале № 1726 хирурга Т.А. Пухтинской. Дата обращения: 18 июня 2024.
  5. В годы Великой отечественной войны (1941-1945 гг.). Библиотека ШГПУ. Дата обращения: 18 июня 2024.
  6. 6,0 6,1 6,2 6,3 6,4 6,5 6,6 6,7 Букреев А.Е. Помни войну. — 2004.
  7. Шадринск военной поры. Дата обращения: 18 июня 2024.
  8. Кусков С. А. Список работников эвакогоспиталей Челябинской области, представленных к правительственным наградам. Объединенный государственный архив Челябинской области. Дата обращения: 26 июня 2023.
  9. Госпиталь. Дата обращения: 26 июня 2023.
  10. Дегтярева, Н. А. Вклад южноуральских госпиталей в Великую победу / Н. А. Дегтярева // Евразийский перекресток : Сборник материалов научно-практических мероприятий. : – Оренбург : Общество с ограниченной ответственностью издательско-полиграфический комплекс "Университет. — 2022. — Т. 16, № С. 64-68..
  11. Кусков С. А. Решение топливной проблемы эвакогоспиталями в период Второй мировой войны (по материалам Челябинской области). — Труд во имя Победы: трудовые ресурсы и экономика Урала и Центральной Азии в годы Великой Отечественной войны : Сборник научных статей / Министерство науки и высшего образования Российской Федерации, Южно-Уральский государственный университет. – Челябинск : Издательский центр ЮУрГУ,, 2021.
WLW Checked Off icon.svg Данная статья имеет статус «готовой». Это не говорит о качестве статьи, однако в ней уже в достаточной степени раскрыта основная тема. Если вы хотите улучшить статью — правьте смело!